1942 год. Вторая Мировая война в самом разгаре — не только «на земле, в небесах и на море», но и на магическом фронте. Секретные экспедиции эсэсовского института «Аненербе» рыщут по всему свету — от Северного полюса до Южного, от Африки до Тибета — в поисках древних знаний и артефактов, с помощью которых можно создать «чудо-оружие», возродить Сверхчеловека и выиграть войну.
Авторы: Дроздов Константин Александрович
не понадобилось — Грубер и пара гренадеров из его группы стояли над британским автоматчиком, которого я поразил ранее. Курт расстегнул его комбинезон. Под ним виднелся бронированный панцирь.
— Этот парень хорошо подготовился, — посмотрел на меня Грубер.
— Спасибо, Курт, — поблагодарил я его и с досадой подумал: «„кольт“ не „молох“ — надо бить в голову».
— Курт, обойдите все трупы и соберите документы и оружие. Потом пришли кого-нибудь за ящиком. — Стянув девушке запястья ремнем, я взял ее под локоть и повел к лестнице, ведущей наверх. — Девчонку я отконвоирую сам.
Пока мы шли к выходу на поверхность, мысли мои продолжали вертеться вокруг необычной находки. Существовала версия, что черепа были изготовлены в Атлантиде и, собранные все вместе, позволяли посвященным в тайну заглядывать в прошлое и предугадывать будущее. Но в своих снах-воспоминаниях я не встречал ничего подобного.
Размышляя, я ослабил хватку, и девушка, воспользовавшись этим, вырвалась и бросилась к выходу из пирамиды. Одним прыжком я почти догнал ее и уже протянул руку, чтобы схватить, как автоматная очередь прошила ей грудь. Штольц был метким стрелком, а у девчонки на рукаве отсутствовала белая повязка.
— Штольц, не стрелять! — крикнул я в темноту, но было поздно. Склонившись над девушкой, я сразу понял, что она мертва.
— Наповал, — тихо произнес Богер. Штольц хмурился, поглядывая на меня.
— Все правильно. У нее не было повязки, а у тебя имелся приказ, — разогнулся я и, пролистнув ее документы, сунул их себе в карман. На выходе появился Грубер и его эсэсовцы с ящиком.
— Хенке где? — спросил я Курта.
— Пересекался с ними внизу. Преследовали одного из британцев.
— Трупов много насчитали?
— Четырнадцать. Документы, у кого были, собрали.
— Ладно, забирай Штольца и Богера, и двигайтесь к «Врилу». Я дождусь Хенке с его людьми, — хлопнул я Курта по плечу. — Учти, груз весьма ценный.
Грубер повел отряд к нашему кораблю, а я остался у входа в пирамиду. Чтобы укрыться от колючего горного ветра, я решил снова вернуться под ее своды, но тут мой взгляд упал на мертвую девушку, беззащитно лежавшую на камнях.
«Она специально бросилась вперед, предугадав притаившегося в камнях автоматчика. Сама решила умереть. Что толкнуло ее на это? Страх или ненависть?» — думал я, снова склонившись над ней. Убрал прядь волос с лица и понял, что ей не более двадцати — двадцати двух лет. Как это несправедливо — молодая красивая женщина умерла на самом взлете своей жизни. Сколько же сейчас по всему миру погибает людей — молодых и старых, красивых и не очень? Стоят ли цели, ради которых они погибают, этих жизней?
«Нельзя ее так оставлять. Надо похоронить», — подумал я и осторожно, стараясь не ступать на окровавленные камни, поднял ее и понес к ближайшей полуразрушенной стене.
Вынув тесак, я стал готовить могилу. Уложив девушку в земляную нишу, я стал аккуратно закладывать ее камнями. Я выкладывал их плотно, не оставляя щелей. Через полчаса дело было сделано, и, встав перед каменным холмиком, я склонил голову в знак уважения перед своим хрупким врагом, павшим как настоящий солдат. Только была ли она мне врагом?
Я посмотрел на часы. Скоро час, как я жду Хенке. Вернувшись к пирамиде, я, поразмыслив немного, шагнул внутрь.
Оказавшись уже достаточно далеко от входа, в самой глубине подземных галерей Чавина, я услышал странные чавкающие звуки. Двигаясь на звук, я вскоре вышел к галерее, в конце которой забрезжил свет. И хотя над Чавином властвовала ночь, я был готов поклясться, что это был дневной свет. Я заспешил вперед и быстро достиг конца галереи. Звук раздавался уже совсем близко, из-за ближайшего поворота. Я уже собирался свернуть за угол, чтобы увидеть источник этого звука, как вдруг услышал позади себя тревожный шепот:
— Штурмбаннфюрер фон Рейн.
Обернувшись, я увидел Гельмута Линца — солдата из группы Хенке. Он приложил палец к губам.
— В чем дело, Линц. Где остальные? — прошептал я.
— Посмотрите за угол. Только очень осторожно, — одними губами сказал солдат.
Я медленно выглянул за угол. В центре каменной площадки, которую освещал яркий солнечный луч, спиной ко мне сидело странное существо, покрытое серебристой чешуйчатой шкурой, отливающей металлическим блеском. По линии позвоночника шел гребень из небольших костяных пластин. Даже сидя, существо достигало в высоту почти двух метров. Тварь чавкала над останками человека, чьи ноги безвольно дергались, когда острые клыки в очередной раз впивались в его плоть. Разглядывая обувь жертвы, я с облегчением понял, что это не один из моих солдат. Существо повернуло голову, будто к чему-то прислушиваясь.
