Сватовство майора

— выдохнула Дуська. — Только накорми меня чем-нибудь! Я прямо изнервничалась вся, пока дошла до «Глиссады», боялась, что забуду!
Вновь возникла официантка и, приняв заказ, удалилась. Видимо, Евдокии спокойно не сиделось от полученных сведений. Она ерзала на стуле, беспрестанно оглядывалась и подавала мне какие-то двусмысленные знаки, более похожие на нервный тик. В конечном итоге это привело к тому, что на нее стали обращать внимание. Едва сестрица закинула в рот порцию пищи телесной, как ее тут же прорвало и она принялась отчитываться о проделанной работе.
— Знаешь, чье это кафе? — шамкая набитым ртом, поинтересовалась Дуська.
— Конечно, — притворно зевнув, кивнула я. — Оно принадлежит господину Макарову Андрею Павловичу, бывшему супругу Ленки Макаровой.
Евдокия поперхнулась и округлила глаза.
— Откуда ты знаешь? — прочистив горло, поинтересовалась она.
— Ну, — таинственно усмехнулась я, — это, моя дорогая, тайна следствия, и я не могу тебе пока ничего сказать. Следствие еще не окончено!
Примерно минуту Дуська обиженно сопела, а потом, хитро прищурившись, заявила:
— Хорошо! Тогда я начинаю собственное расследование. Ты уж прости, сестренка, но у меня тоже тайна следствия, и я ну никак не могу рассказать тебе то, что узнала.
— Евдокия, — я нервно заерзала на стуле, — не волнуй меня! Ты же знаешь, что для следствия каждая крупица информации может оказаться полезной, и ты не имеешь права что-либо скрывать. Это, между прочим, уголовное преступление, и карается оно по всей строгости закона! Даже статья есть!
— Хм, вот ты это Вовке и скажи! Влепит он тебе по этой самой строгости по самое не балуйся! — Дуська с насмешкой посмотрела на меня.
В чем, в чем, а в этом вопросе она была права. Даже как-то бессмысленно сомневаться в суровом нраве следователя и его фанатической преданности закону. Посадить, конечно, не посадит, но ругаться будет, возможно даже матом. Зажмурив глаза, я ясно представила лицо Вовки, узнавшего, что я скрываю от него ценные сведения. Картинка получилась настолько невеселой, что я даже передернула плечами, точно в ознобе.
— Да ладно, Дусь, — включила я задний ход, — я же пошутила! Ты, мать моя, совсем разучилась шутки понимать. Про Макарова я узнала от нашей официантки. Вот и весь секрет полишинеля! А теперь твоя очередь!
Сестричка задумалась, размешивая ложечкой сахар в чашке кофе, а я дала себе вторую за последний час страшную клятву: никогда больше не подключать Дуську к следствию, потому что дело это слишком волнительное. Если она все время будет так меня шантажировать, то нервный стресс мне обеспечен!
— В общем, по полученной мною информации… из проверенных источников, — на всякий случай добавила Евдокия, — вовсе не господин Макаров кинул своего босса, а его дражайшая супруга. А господина Макарова через это дело посадили. Так что, моя дорогая, товарищ безвинно срок мотал!
— Ну да! — хмыкнула я. — Бандит, он и есть бандит! А за каждым бандюком хоть какой-нибудь грешок, да имеется!
— Возможно, — согласилась Дуська, — но самое интересное не в этом. Он до сих пор Ленку свою любит до одурения, все ей простил и всем соседкам строго-настрого наказал: кто увидит ее, пусть немедленно звонит ему хоть днем, хоть ночью. А уж он в долгу не останется. Тысячу долларов пообещал тому, кто первый сообщит о Ленке хоть что-нибудь.
Дуська замолчала. «Что ж, подумала я, — значит, господин Макаров наш союзник, а не противник. Это уже радует. Вполне вероятно, что он поможет и преступление раскрыть. Должны же у него быть какие-то связи».
— Жень, — Евдокия преданно посмотрела мне глаза, — я тут вот что подумала… Найти бы нам этого Макарова. Он бы нам денег подбросил… Да и вообще…
— Меркантильная ты, Евдокия, — вздохнула я, — у человека горе, а ты хочешь нажиться на этом.
Дуська насупилась:
— Ты чего это, Женька, такие нехорошие слова говоришь? Кто это нажиться хочет? Я, может, наоборот, мечтаю облегчить мужику страдания! А если он за это еще и деньги нам заплатит… Только вот где искать этого Макарова…
— Здесь, — коротко ответила я.
— Это понятно, раз он хозяин этой столовой. Но ведь просто так к нему не придешь и не скажешь, мол, давай нам штуку баксов, а мы тебе о Ленке кое-что расскажем… Он ведь вместо денег может и промеж глаз пульку залепить. Бандиты — товарищи нервные. Оно и понятно, работа у них — не дай бог!
— Дусь, ты не поняла. Я в том смысле говорю «здесь», что он сейчас действительно здесь и сидит за соседним столиком. А на улице стоит его транспортное средство по имени «Мерседес».
Опустив ресницы, я наблюдала за произведенным эффектом. А он был просто потрясающим: рука сестрицы, подносившей в этот момент чашку с