Она – императрица поднимающейся с колен империи пресветлых. Ее деяния безупречны, ее слова наполнены сиянием величия, ее решения – отражение мыслей супруга… были бы, но Катриона не сдается никогда!
Авторы: Звездная Елена
Не было занавесок, не было гардин, исчезли все гобелены и картины… Серые потрескавшиеся от времени стены, грубо сколоченная мебель в минимальной комплектации – стол и две скамьи, ни кресел, ни диванов, полнейшее отсутствие ковров… Аскетизм достойный монастыря с настоятелем, установившим главной целью существования отрешение от всех мирских радостей. Еще, для этого места неплохо бы подошел такой термин как «тюрьма».
— Сколько ты здесь?.. — меня трясло до такой степени, что говорить едва ли получалось.
Лора, все так же держа меня за руку, тихо ответила:
— Двадцать лет.
Зажмурив глаза до боли, я постаралась сдержать даже не стон – мне выть хотелось! Двадцать лет! Двадцать проклятых лет! Почти вся моя жизнь! Двадцать лет в аду? В тюрьме? Как он мог?! Как он посмел? Какое он имел право так поступать с той, кто носит имя Астаримана?! Да и в принципе с женщиной… с женой… с матерью своих детей?!
— А… дддети? — спросила все так же, не разжимая век и отчаянно пытаясь сдержаться.
Лора гулко сглотнула и тихо ответила:
— Динар, властный отец, Кат. Наши сыновья обучались в Далларии в закрытых военных учебных заведениях, последний раз я видела каждого из них в их семь лет. Дочери… Дочери замужем.
— Пппо своей воле? — меня уже просто трясло.
— Не смеши меня, Кат, — хмыкнула Лора. — Они принцессы. Право выбора для таких как мы? У нас его нет.
Я открыла глаза и еще раз осмотрела место, которое было тюрьмой для моей сестры двадцать лет! Двадцать проклятых лет!
Отпустила ее руку, прошла к стене и со стоном оперлась о нее, запрокинув голову и стараясь не скатиться в истерику.
Даллария и Оитлон… Я упустила имеющиеся культурные различия. Существенные культурные различия. Это было моей ошибкой. Полностью моей ошибкой! Следовало учесть. Следовало просмотреть договор составленный кесарем, рассмотреть его с учетом культурных особенностей далларийцев. Потому что это у нас в Оитлоне у мужчины и женщин были равные, в том числе равные имущественные права, а в Далларии — нет. И это для меня, привыкшей к равноправию фразу «Наказал жену» неимоверная дикость, а для него – норма и традиция его страны, его культуры, его общества, в котором у женщины не было право на развод, на детей, на деньги, и на… выбор любовников.
И я не подумала об этом. Я даже ни разу не задумывалась об этом. Выросшая вначале практически вне социума, а после фактически над всеми его законами, я просто даже не подумала об этом. А сейчас мне оставалось лишь бессильно вспоминать и анализировать – в Далларии какая-то власть появлялась только у матери мужа. В остальном далларийским женщинам полагалось молчать и рожать. Или рожать и молчать. Тут уж как посмотреть. И если в браке, где мужчина любил все могла быть мягче, то в том, где мужчину вынудили…
— И насколько реальность семейной жизни отличалась от ожиданий? — тихо спросила я.
— Кардинально, — так же тихо ответила Лора. И помолчав, добавила: — У них другие традиции. Другие правила. Другие требования. И никаких прав.
Сползла по стене вниз, закрыла лицо ладонями и просто постаралась не думать об этом сейчас. Не думать. Просто не думать! Думать надо было тогда. Мне. Отцу. Советникам. Никто даже не поднял вопрос различия в культурах при обсуждении помолвки Лорианы и Динара. Никто. Ни одна живая душа!
И тут Лора сказала:
— Это моя вина.
Я убрала ладони от лица, с болью глядя на нее. А Лора… моя прекрасная Лора, устало, со всей тяжестью прожитых лет, прошла к скамье, с трудом опустилась на нее, посмотрела на меня и пояснила:
— Переоценила свои силы.
Горькая усмешка на лице пожилой женщины, где только глаза сохранили цвет и красоту ее молодости.
Лориана обхватила себя за плечи, и рассказала:
— Динар поставил условие, Катриона. Несколько условий, на которых он согласился бы… Я подписала договор, надеясь что…
«Что тебе это сойдет с рук, как и всегда»… — грустно поняла я.
Лора посмотрела на меня, улыбнулась, покачала головой и прошептала:
— Жизнь утекла, как песок сквозь пальцы. Я получила Динара, но он так никогда и не стал моим. Я стала императрицей, заняла твое место, как мечтала когда-то, но оказалось что у принцессы Оитлона свободы больше во стократ, чем у той, что связала себя брачными узами. Я оказалась не готова к исполнению своей мечты, Кат, и не готова принять обязанности, которые с такой легкостью выполняла ты. И мне бы понять это за тот месяц, что ты пребывала в Готмире, но я подумала… Динар ведь не наш отец, я думала будет… как прежде, только лучше. А лучше не было…
Лора… Лора…
Я сдержала стон, давно усвоив – нет смысла страдать о прошлом, если есть проблема ее нужно решать в настоящем, и не допускать повторения в будущем.
