Свет из тени

и зашел в комнату.
— А я смотрю вы тут уже освоились, – улыбнувшись сказал близнец, – Мирор, собрание скоро начнётся, вы идете?
— Да конечно, – откладывая перо сказал я, – с собой что-нибудь брать?
— Нет, – твердо сказал Ранард, – просто одевайтесь. Я подожду за дверью.
Как оказалось, место встречи было изменено, из-за чего близнец и пришел за нами, чтобы мы не топтались возле уже закрытой двери кабинета Ракатори. Спустившись на второй этаж, пройдя, через длинный склад, и выйдя к другой лестнице, ведущей в южною часть замка, мы спустились на первый этаж, прошли по красному ковру, повернули возле рыцарских доспехов налево, прошли три двери и зайдя в четвертую, попали в комнату размером примерно десять на двенадцать, со стоявшем по середине деревянным овальным столом, с вычурными рисунками на нем, вокруг которого располагались десять стульев, с красивыми подлокотниками и мягкими спинками. На стене, помимо картин и ламп, висела огромная карта, где были показаны все моря и суши этой планеты, со все возможными значками и пометками, а на верху, красивы витым почерком было написано Дарония.
В дальнем углу комнаты стоял Ракатори и что-то тихо обсуждал с Аркели, у которого был очень озабоченный вид. За столом уже сидел второй близнец, капитан Жак, над чем-то смеявшийся, и его жена Симира, ее запястья были забинтованы, значит то зелье не излечило ее до конца. Когда мы втроем зашли и расселись на свободные места, Ракатори встал спиной к карте и поднял руку, чем просил присутствующих образовать тишину.
— Спасибо всем, кто пришел на это собрание, – начал Ракатори, – сегодня на повестке дня, у нас будет очень серьезный вопрос, касающийся безопасности нашего замка и обитающих в нем людей. Но для начала, – архимаг посмотрел на меня, – мне бы хотело извиниться перед Мирором, за то, что подверг его жизни опасности.
— Мирор, – начал вставший с разрешения архимага Бертал, – так как план был полностью моим, то и мне перед тобой отчитываться. Как говорил ранее господин Ракатори, есть два способа призвать хранителя – он на секунду перевел взгляд на седевшую рядом со мной Кору – первый, относительно безопасный, это провести ритуал по призыву, сразиться с боевым обличием хранителя, а после нанести печать и полностью его подчинить. Второй способ, где можно и вовсе обойтись без тренировок, он намного быстрее, но куда опаснее. Если магу тени, не призвавшему своего хранителя, грозит смертельная опасность, при этом она должна быть реальной, а не подстроенной и оговоренной за ранее, чтоб хранитель был полностью уверен в правдивости происходящего, то он может сам выйти наружу, приняв облик последнего существа, о котором думал его хозяин, и напасть на его врагов, но если во время такого призыва, хранителя смертельно ранят, то он умрет и отправиться в царство мрака, а маг, потеряет силу тени навсегда. Вторым же исходом, может быть то, что призванный хранитель, после расправы над врагом, может выйти из-под контроля, и напасть на хозяина, как при ритуальном призыве, и тогда, чтобы его приручить, остаётся его только победить, в противные случаи, если же сам хозяин был убит, то хранитель теряет человечность, и становиться зверем, в которого был обращен, и застреваем в этом мире до своей смерти. И третьей исход, успех которого всего пять процентов, заключается в том, что хранитель сможет обуздать себя и подчиниться приказам хозяина, тем самым дав нанести на себя печать, не проводя никакие ритуальные бои.
— А вам не кажется, – начал я, подбирая каждое слово, – что пять процентов, это крайне мало, для такого рискованного предприятия?
— Мы понимали всю серьезность наших действий, и ту опасность, которой мы тебя подвергаем, за что мы все будет корить себя до конца жизни, но обстоятельства, нам не позволяли медлить, если все так, как он говорит – близнец тяжело вздохнул – то на счету будет каждый маг, каждый воин и разведчик, способный сражаться.
— Кто он, – непонимающе переспросил я, – крыса из падшего братства?
— Да, – подхватил Ракатори, – два дня назад, я почувствовал колебания странной магии, доселе мне не знакомый, приближаясь к ее эпицентру, мне становилась дурно, а когда я наконец нашел то место, откуда сочилась это сила, даже я, видавший всякого, ужаснулся. На полу одной из комнат четвертого этажа лежало тело Земиры, зоочеловека, способной алхимички, ее тело был вспорот от шеи до живота, мозг отсутствовал, два пальца на левой руке были аккуратно срезаны, что говорила о том, что это делали намеренно. От самого тела исходил довольно свежий след темной магии, которую чаще всего используют для призыва кого-то очень жуткого и обладающего демонической аурой существа. Проследить за следом мне не удалось, он обрывался у лестницы, и больше