Свет из тени

королевы Агаты.
— Мирор Грейс, – повторив жест мужчины отчеканил я, – капитан диверсионного отряда.
— Так значит, – Жамар осекся на полу слове, – ладно, это потом, сейчас меня больше интересует другое, ваш отряд готов?
— В полной боевой готовности, – оглядев свой маленький взвод подтвердил я, – ждем дальнейших указаний.
— Войско Камерти скоро займет почти всю видимую область перед замком, – лорд северных равнин стал серьезнее, а в голосе появились металлические нотки командира, – оно растянется на всю ширину замка, и дойдут почти, что до поселения, передовые отряды примерно в пяти километрах от замка уже начали постройку осадных орудий, лестниц, требушетов, башен, всего этого, у них, судя по всему, в достатке, так что бой обещает быть жарким.
— Информация о воскрешенных подтвердилась, – тут же спросил я, – и не присутствуют ли на поле кто-то на подобие химер?
— В рядах воинства действительно были замечены войны, облачённые в монолитные доспехи, но свечение подтвердить так и не удалось, слишком близко подбираться никто не решается. Насчет химер могу сказать точно, что нет, но есть проблема по серьезнее, в том месте, где сейчас возводиться штабные палатки, были замечены клетки с туманными псами, или проще говоря шахами.
— Вот же дрянь, – ели слышно выругался Раванд, – мерзкие твари.
— Их не так много, всего сотни три, – будто не заметив комментария мастера кинжала продолжил Жамар, – но это не отнимает того факта, что они могут оказаться куда опаснее, нежели мертвые войны.
— Простите меня за неосведомленность, – чуть робко заговорил я, – но чем они так опасны?
— Их не зря называют туманными, – Камира, стоявшая за моей спиной вышла вперед и поклонилась графу, – по мимо того, что это довольно умные создания, они еще и умеют обращаться в черный туман, в котором видны только кровавые сверкающие глаза, в таком состояние они могут беспрепятственно парить над землей, не боясь, что их ранят, но они обязаны материализовать при атаке, но этот момент еще нужно угадать, чтобы попасть по нему.
— В целом твоя спутница права, – спокойно ответил Жамар, – если бой перейдет за стены, для этих шавок будет раздолье, нападать на людей, которые могут в разгар просто не заметить клубящийся под ногами туман, самое лучшая для них тактика.
— Не приятно, – сухо ответил я, – и самое что обидное, мы с неба ничем помочь не сможем.
— Вам не стоит волноваться, – чуть приободряющие сказал граф, – это не ваша забота, на вас возложена другая задача.
— Всадники, – заорал во все горло кто-то со стены, – пять всадников с белым флагом.
— Ну хотя бы здесь мы не ошиблись, – Жамар посмотрел на меня со всей серьезностью, – предлагаю вам седлать коня, уважаемый Мирор, вам, как никому другому, нужно знать врага в лицо.
***
Я, облаченные в доспехи по всем правилам с длинным черным плащом за спиной восседал на Смоуке, обратившееся, по просьбе королевы, в мантикору Кора стояла по правую руку, рядом на одном из красных единорогов сидела венценосная особа Агата, одетая в мужской красный дублет, узкие черные штаны и высокие сапоги, левее нее лорд Жамар в своем панцире на черной кобылке, и архимаг Ракатори на прекрасном белом жеребце, в красной тунике, кожаном нагруднике, черный штанах, широких сапогах и плаще цвета свой школы, пошитый золотыми нитями. Стоя на самом краю моста все выше упомянутые ожидали прибытия делегатов, нас конечно со стен прикрывала целая ватага лучников, но они скорее были для подстраховки, главной защитной силой выступал все-таки архимаг, в случаи покушения на королеву.
Всадники, о которых нам сообщили заранее, приближались довольно быстро, когда они были на расстояние всего километра, мне удалось их рассмотреть. Первым на сером коне скакал молодой сероглазый парень, не старше восемнадцати, облаченный в довольно громоздкий доспех синеватого отлива, с мечом за поясом, и с развивающимся белым флагом в руке, скорее всего, как подсказала мне Кора, это был оруженосец лорда Дестафа. Второвым шел шоколадный конь с черной гривой, всадником которого выступал поджарый мужчина, лет пятидесяти пяти, с зелеными глазами, короткостриженые пепельные волосы, усы, на левой щеке шрам. Облачен он был в кирасу, сине-зеленого отлива с большим рычащим волком на груди, кольчужные штаны и железные сапоги, но самый отличающий факт этого всадника была в том, что его левая рука была железная, именно не облаченная в перчатку, а отлита из целого куска металла и закрепленная на застёжках, значит это был сам лорд Дестаф Камерти, отец Ульриеты.
Третий всадник, на стройной сероватой кобылке, выделялся на фоне остальных больше всех, он был весь укутан в какое-то тряпье, с верху донизу, словно мумия в бинтах,