Свет из тени

и решила, что будут защищать и спасать тебя вечно.
— Ой, правда, – я начал хлопать ресницами и глупо улыбаться, пытаясь играть по ее правилам, – а может мы тогда усыновим тех мальчишек или сразу своих заделаем?
— Ага сейчас, – она попыталась второй раз ударить меня, но я успел увернуться, – только белье кружевное достану.
Я встал и махнул на нее рукой, не хотелось мне сидеть со столь надменной девушкой, возможно у нее и были причины себя так вести, но это не повод срываться на других. Не успел я подойти к стойке, как услышал шаги на лестнице, присев на ближайший стул стал ждать, кто же спуститься. Как и предполагалось, спустилась начальница, одетая во вчерашний наряд, с пустой тарелкой и кружкой в руках. Увидев меня, она фыркнула будто лиса, задрала нос и молча прошагала на кухню.
— Да что со всеми сегодня, – раздосадовано подумал я, – не успел начать говорить, а уже все на меня в обидах, лучше бы так и молчал.
— Ах ты угорь морской, – Ульра сказала это прямо над моих ухом, от такой неожиданности я чуть не упал со стула, – даже Альку сумел обидеть, паршивец.
— Так послушай…
Я развернулся и уже был готов произнести пламенную речь, с упоминанием известных мне прилагательных, но план пошел под откос, как только я оказалась с ней лицом к лицу, она грубо всучила мне в руки тарелки, а сама направилась к лестнице.
— Как только так сразу, – бросила она, уходя, – тщательно мой, чтоб блестело.
Злоба и ненависть переполняли меня, без зеркала было понятно, что лицо красное как солнце, зубы скрипят от напряжения, адреналин так и разливается вместе с кровью, а в голове кружился один вопрос: как можно быть такой сукой?
Решив, что на кухню мне путь заказан, оставил тарелки на стройке, вопреки просьбе Джубы, а сам направился в комнату чтобы хоть немного отдохнуть от этих женщин. Поднявшись и зайдя в комнату был приятно удивлен, все, что было разбросанно встало на свои места. Сундук снова стоял как надо, табурет больше не валялся, окно было закрыто, теперь понятно, почему Алька была тут так долго. Добравшись до кровати и скинув с себя обувь тут же упал на нее лицом в низ и обмяк, отвар конечно убрал боль, но вялость еще не прошла, поэтому хотелось немного понежиться в постели.
Но вроде простому желанию не суждено было сбыться, примерно через двадцать минут, когда я уже был в полудреме, в комнату постучали. После разрешения войти, в комнату просочилась Алька, закрыла дверь и прижалась к ней спиной.
— Слушай, Мирор, – она смотрела в пол, – прости, что накричала, спросонья не разобралась что к чему, а уже накинулась, да и голова болела, аж выть хотелось.
Вот оно, осознание содеянного, не буду врать, после таких искренних извинений, на душе стало чуть по светлее.
— Я понимаю, как это выглядело и какое у тебя было состояние, – я принял позу по удобнее, – поэтому не злюсь и уж тем более не обижаюсь.
Алька, подняв глаза, смотрела на меня, не проронив не слово, а потом подошла и присела рядом.
— Ты тоже не помнишь, – она повернулась ко мне, – чем вчера все кончилось?
— Нет, – без задержки ответил я, – какие-то мимолетные обрывки, да и то не связанные.
— А как остальные, – она кивнула в сторону двери, – Джуба с девчонками до домов добрались?
— Ну как тебе сказать, – я положил руки за голову, – насчет Вексты не знаю, может так и спит где-то здесь, а вот Джуба и Бальра тоже с утра повеселились.
И я рассказал Альки всю ту историю, которую мне поведал ящер. Смеялась она так же долго, как и я, а потом еще долго вытирал слезы, которые так и текли от приступов громкого смеха.
— Слушай, у меня сегодня явно день не задался, – начал я, когда она немного успокоилась, – я вот успел познакомится еще с одной, так сказать, моей спасительницей…
— С Ульрой, – на лице Альки появилась широкая улыбка, – я ее уже давненько знаю, скажи вредная да?
— Вредная, – не желая того, я сказал это с наигранным удивлением, – да Бальра, по сравнению с ней, просто пай девочка. Я ее, когда увидел, она была маленькой и миленькой девочкой, подошел, думал поблагодарить, за ее добрые дела, а она меня ложкой огрела и обратилась в злобную тетку.
Алька опять начала смеяться, при этом держась за живот.
— Это ее любимый фокус, – ей снова пришлось вытирать глаза мои одеялом, – она так поклонников отшивает.
— Не понял, – мои брови полезли вверх, – как этим, можно отшить?
— Все просто, – ухмыльнулась Алька, – если к ней начинает приставать какой-то парень, при этом не понимающей нормальных слов, она отвлекает его внимание от себя, он отворачивается, а когда он снова смотрит на нее, она уже в образе маленькой девочки, пускает слюни и кричит, чтобы он к ней не приставал. После такого, все горе ухажеры убегают в панике.
— Обязательно