Свет из тени

Пробудившийся во мне дух исследователя так и кричал мне о том, что нужно зайти и осмотреться, но при этом ничего не трогать, в то время как другой голос, похожий на голос совести, кричал мне о том, чтобы я просто шел дальше, не заходя в чужие комнаты.
В комнате раздался еле слышный хлопок, за ним последовал второй, намного громче, третий, который был сравним со взрывом петарды, четвертый хлопок был оглушающей силы, складывалось ощущение, что в комнате пальнули из танка, за секунду до пятого хлопка, я убрал голову от двери и прижался к стенке, пытаясь унять звон в ушах, что можно сказать спасло мне жизнь. Окованная железом, деревянная дверь, на хороших и крепких на вид петлях, с оглушающим свистом пролетел возле моей щеки и с не менее громким звуком впечаталась в противоположную стену, пустив по ней тем самым толщеной с большой палец трещину.
В глазах помутнело, а в ушах стоял колокольный звон, это были последствия не то контузии, не то пролетевшего почти перед глазами лика смерти. Тряхнув пару раз головой, пытаясь вернуть себе осознания мира и четкость зрения, я с огромным трудом смог поднять голову и посмотреть на дверь.
— Взрыв не может случится сам по себе, – подумал я, глядя на стоявшею напротив дверь, – значит его кто-то устроил.
Заглянув буквально на секунду в комнату и вдохнув пары алого дыма, распространяющегося из колбы, стоявшей на длинном столе, расположившемся прямо по середине комнаты, параллельно стене, я закашлялся. Запах был очень резкий и едкий, отчего глаза начали слезиться, но, когда я наконец смог войти, чуть не запнувшись о валявшеюся вешалку, на которой еще минуту назад висел чей-то синий плащ, я быстро огляделся. По первому взгляду комната пострадала не сильно, помимо разбитых стекол, колб и выбитой двери, слегка закоптился пол и стол, на котором все еще дымилась чудом уцелевшая колба, немного треснула стена по левую руку, а приоткрытую дверцу шкафа вырвало вместе с петлями, при этом пороняв три полки из пяти, оставив под ним груды стекла и поломанных приспособлений. Закрыв рот и нос воротом туники, и прищурив глаза, я сделал пару уверенных шагов в сторону стола, и в клубах густого дыма я смог разглядеть человеческий силуэт. Продравшись сквозь туман, мысленно надеясь, что колба больше не будет взрываться, обнаружил возле правой стены, осевшее на пол тело кота, собрата Дароха, из головы которого капала алая кровь, а кончик левого уха просто отсутствовал. Его шерсть на руках и морде едва заметно тлела, рукава синей туники, в которую он был одет, были порваны, бриджи залила кровь, правый шлепок отсутствовал, благо хоть нога намести. Подобравшись к телу и быстро его осмотрев, установил, что пиротехник жив, но голова явна была рассечена об стену, и это было уже не хорошо. Приводить его в сознание было бессмысленно, поэтому аккуратно закинув его руку на шею и почти повесив его на себя, со слезами на глазах я смог вынести его из задымленного помещения. Аккуратно уложив его на каменный пол, предварительно подложив ему под голову плащ, вытащенный из-под вешалки, я отошел к противоположной стене и сам уселся на пол, пытаясь хоть как-то унять слезившиеся глаза и тяжелый кашель.
Через две минуты после героического спасения кота-пиротехника, со стороны лестницы послышался топот, поменьше мере пяти человек, он стремительно усиливался, что свидетельство о том, что гости идут по душу подрывника. С лестничной площадки чуть ли не толкая друг друга, вбежало семь человек, точнее четыре человека и три кота. Два человека были облачены в кирасы, шлем и кольчужные перчатки, на их кожаных поясах свисали ножны, к которым они тут же потянулись, лишь увидев картину произошедшего. Два других, судя по светящимся синим и красным рукам, были маги, облаченные в туки цветов своих школ, поверх которых были кожаные жилетки, окрашенные в пепельный и охровый цвет, на ногах были лосины бежевых оттенков и коричневые полусапожки. Маги не спешили кидаться заклинаниями в разные стороны, за что им отдельное спасибо, они переводили ошарашенные взгляд, то на впечатанную в стену дверь, то на полумертвого кота, под которым успела образоваться лужица крови, то на меня, тоже успевшего измазаться в крови, от чего со стороны, я смотрелся как маньяк убийца, пойманный с поличным. Три кота, пришедших с остальными, судя по ниспадающим до пола балахонами, красного, темно-синего, и серого цвета, с небольшими перекинутыми через плечи коричневыми кожаными сумками, были алхимиками.
Неловкое молчание и не добрые гляделки длились больше минуты, отчего мне все больше казалось, что они просто не могут решить, кто же первый задаст этот волнующей всех вопрос. Первым не выдержали кошки, они в два прыжка оказались возле своего собрата, не обращая на меня ни малейшего