Светящийся

отказывается оплачивать счет иначе, чем с помощью кредитной карточки. Я твержу ей, что мы прекратили принимать оплату по кредитным карточкам еще в прошлом году, но она настаивает. — Он перевел взгляд на семейство Торрансов, затем опять на Ульмана. Тот пожал плечами.
— Я займусь этим сам.
— Благодарю вас, мистер Ульман. — Клерк вернулся к конторке, где женщина-дредноут, закутанная в меховую шубу, продолжала громко скандалить.
— Я навещаю «Оверлук» с 1955 года и приезжаю сюда даже после того, как скончался от солнечного удара мой бедный муж, который умер на этом ужасном роук-корте. Я предупреждала его, что солнце слишком сильно печет, но… Я никогда, слышите, никогда не оплачивала счета иначе, чем по своей кредитной карточке! Вызовите полицию, пусть меня упекут в каталажку! Но все равно я буду настаивать на оплате по кредитной карточке, слышите!
— Извините, — сказал Ульман и отошел от них.
Они увидели, как он почтительно дотронулся до локтя миссис Брант и стал сочувственно выслушивать ее тирады, обращенные теперь к нему. Он что-то сказал ей, и миссис Брант торжествующе улыбнулась, повернула голову к несчастному клерку и на весь зал сказала:
— Слава Богу, в этом отеле нашелся хоть один служащий, готовый внять голосу разума.
Она позволила Ульману, едва достававшему ей до плеча, увести себя из холла, вероятно, в его служебный кабинет.
— Фьють, — присвистнул Джек с улыбкой, — этому пижону хлеб нелегко достается.
— Но ему вовсе не нравилась та дама, — заявил Денни, — он только притворился, что она ему по душе.
Джек осклабился:
— Да уж будь уверен — так оно и было, но лесть — та смазка, которая позволяет вертеться колесам этого мира.
— Что такое лесть?
— Лесть, — объяснила Венди, — это когда папа говорит, что ему нравятся мои вареники, а на самом деле он врет, или когда подлизывается, чтобы вытянуть у меня пять фунтов на пиво.
— Значит, это вранье ради чужого удовольствия?
— Что-то вроде этого.
Денни пристально оглядел мать и сказал:
— Ты очень красивая, мамочка. — Он конфузливо нахмурился, когда родители обменялись взглядом и разразились смехом.
— А вот Ульман не очень-то льстит мне, — сказал Джек. — Давайте, ребята, отойдем к окну. Я чувствую себя не в своей тарелку в центре зала, на меня что-то много пялятся — видно, из-за простой хлопчатобумажной куртки. Вот уж не думал, что здесь будет столько народу в день закрытия. Черт, я дал маху!
— У тебя очень симпатичный вид, — сказала Венди, и они оба опять рассмеялись. Денни не понимал, в чем дело, но это было неважно — они любят друг друга. Денни догадывается, что этот отель напомнил мамочке другой и она счастлива. Жаль, что он не может испытывать то же самое, однако он утешал себя мыслью, что не все, что Тони показывает ему, оборачивается правдой. Он будет вести себя осторожно, чтобы избежать встречи с тем, что называется «ьтремс». Жаловаться родителям он не будет, если только не возникнет такой необходимости. А зачем тревожить их — они счастливы, смеются и не помышляют ни о чем дурном.
— Посмотрите-ка за окно, — сказал Джек.
— О, великолепный вид! Денни, глянь-ка!
Денни пейзаж не показался таким уж великолепным, он не любил высоту — у него кружилась от нее голова. За длинной, во весь фронтон, террасой виднелась прекрасно ухоженная лужайка, плавно спускавшаяся к продолговатому четырехугольному бассейну. На его краю стоял треножник с вывеской: «ЗАКРЫТО». Это была одна из тех вывесок, которые Денни мог прочитать сам, наряду с такими, как: «СТОП», «ВЫХОД», «ПИЦЦА». За бассейном вилась среди сосен, елей и осин тропинка, там имелась вывеска, незнакомая ему, на ней значилось «РОУК» со стрелкой внизу.
— Папа, что такое «РОУК»?
— Такая игра, — ответил отец, — немного похожа на крокет. Только в нее играют не на траве, а на гравийной площадке с бортами, как у большого бильярда. Иногда здесь устраивают турниры по роуку.
— А играют крокетными клюшками?
— Похожими на них, — согласился Джек, — только у этих клюшек рукоятка покороче и в нижней части одна сторона обшита крепкой резиной, другая — деревянная. Если хочешь, я тебя научу этой игре.
— Может быть, захочу, — сказал Денни бесцветным голосом, заставившим родителей обменяться недоуменными взглядами. — Хотя она мне не нравится.
— Ну, не хочешь — не надо, док, лады?
— Конечно.
— А животные тебе нравятся? — спросила Венди. — Смотри, вон их сколько. Это называется формовой сад.
Тропинка к корту пролегала вдоль зеленой ограды из кустов, подстриженных в виде различных животных. Острые глаза Денни различили кролика, собаку, лошадь, корову