Даже богатому как Крез египетскому антиквару Омару Муссе не удалось обмануть смерть. Теперь, когда его нет в живых, в наших руках его дневник — дневник человека, который наравне с расхитителями гробниц, археологами и секретными службами искал усыпальницу Имхотепа. Неужели именно Омару, тогда бедному юноше, открылись тайные знания великого зодчего и врачевателя и достались его несметные сокровища?
Авторы: Ванденберг Филипп
головы Омара и Нагиба. Она понимала, что если одного из них поймают, то ей самой придет конец. Нагиб нашел укрытие у сестры своей матери. Там он чувствовал себя в безопасности и избегал появляться на улице вместе с Омаром, потому что даже в базарной сутолоке остерегался нарваться на доносчиков.
Наступил день провозглашения султана Фуада королем, это сулило независимость стране (хотя речь шла лишь о формальной независимости, фактически же правительство Его Величества сохраняло за собой влияние в оборонной политике и системе безопасности). В этот памятный день по необъяснимой воле Аллаха произошло событие, которое поколебало стойкое убеждение Омара и вызвало у него сомнение: не был ли старый микассах прав в своих предупреждениях.
Омар и Нагиб договорились встретиться у больших часов на шариа Абдель-Халиг, где располагались конторы большинства пароходных компаний. Омар с интересом наблюдал за прибытием белого автомобиля, который отличался тем, что шофер сидел не под крышей, а на свежем воздухе, в то время как пассажир с блестящим моноклем, очевидно какой-то англичанин, ехал в закрытом салоне. Перед порталом «Юнайтед Медитерраниалл», всего в паре десятков метров от Омара, автомобиль остановился, и в то же мгновение показался Нагиб.
Омар помахал ему, но, прежде чем друзья успели поздороваться, с разных сторон к ним подлетели трое мужчин, оттолкнули их в сторону и почти одновременно стали стрелять в англичанина, который уже был готов выйти из автомобиля. Омар и Нагиб стояли как вкопанные. Они не сдвинулись с места даже после того, как бандиты, опустошив барабаны револьверов и бросив их на мостовую, пустились наутек, а затем скрылись в одной из боковых улочек, которые вели к опере.
Англичанин лежал на тротуаре в неестественной позе, лицом вниз. Под его животом расплывалась лужа темной крови. Пальцы левой руки, которые он поднял вверх, судорожно дрожали, словно его било током. Потом кисть безжизненно упала на мостовую.
Со всех сторон с криком бежали люди, и тут Омар сообразил, что они ближе всех стоят к жертве. Он схватил Нагиба за рукав и потащил сквозь ряды собравшихся зевак, которые в мгновение ока окружили место происшествия.
Это заметил шофер, египтянин, который прятался от преступников за автомобилем. Он в панике закричал, тыча пальцем в парней:
— Держите их! Это убийцы!
Два храбреца попытались преградить путь Омару и Нагибу, но парни толкнули их на землю и побежали со всех ног, спасая свои шкуры.
Они знали, что ни в чем не виновны, что лишь случайно стали свидетелями преступления. Но в то же время понимали, что полиция потребует от них назвать свои имена, а это может привести к ужасным последствиям. Омар бежал в направлении вокзала, потому что хорошо ориентировался среди извилистых улиц и переулков, Нагиб мчался за ним. Они замедлили бег, когда почувствовали себя в относительной безопасности. Добравшись до переполненной людьми привокзальной площади, они разделились и по одному направились к ковровой лавке на базаре.
Халима едва не задохнулась от волнения, когда узнала, что с ними случилось. Она опустилась на сложенные ковры, закрыла лицо руками и разрыдалась. Она безудержно плакала, как маленькая девочка. Вся ситуация казалась ей безнадежной. Омар молчал. У него из головы не выходили слова старого микассаха. Нагиб стоял между двух окон, прислонившись спиной к стене, и смотрел куда-то в потолок.
— Ну и что теперь? — вызывающе спросил Омар тоном, в котором чувствовалось раздражение. Хорошо зная Нагиба — в конце концов, они ведь прожили вместе достаточно долгое время, — он по выражению его лица догадывался, о чем тот думал.
— Я знаком с одним работником порта в Александрии, — нерешительно начал эк-Кассар, и Халима с надеждой взглянула на него. — Ну, конечно, знаком не так уж близко, но мне известно, что он продажен до мозга костей. Фунты действуют на него подобно опиуму. Он все сделает, как только увидит несколько купюр. Он ставил на кон свою должность, оставляя ворота складов открытыми. Люди из «Тадамана» вывозили американские и британские сигареты грузовиками. После совершенного преступления он снова запирал склады, а полиция гадала, куда мог исчезнуть товар.
— Нам не нужны американские сигареты! — неохотно бросил Омар.
— Да, — ответил Нагиб, — нам не нужны сигареты, но мы можем воспользоваться его помощью иначе.
— Да говори уже! — не сдержалась Халима.
— Я надеюсь, что Георгиос, так зовут этого работника порта (он греческого происхождения, как и многие жители Александрии), сможет провести нас мимо таможенников на корабль, который направляется в Европу.
— Как безбилетных пассажиров? — Халима нервно взмахнула рукой, возражая
