Первоначально эта книга задумывалась, как фанфик по «Шахтёру» И.А. Хорта. Потом — как пародия на него же. В конце концов, получилась просто книга по похожей вселенной. Почти неизменной осталась политическая и социальная система, но многое поменялось в деталях. Астероиды больше не навалены в пространстве, словно щебёнка на дороге, в рамках каких-то загадочных «поясов» с чётко очерченными границами, однако это неважно. Инплантанты и нейросети присутствуют, равно как и космические корабли, бороздящие просторы… Но на самом деле книга не про них. А про одного маленького человечка, которому не повезло оказаться в этом суровом мире.
Авторы: Викулов Петр Иванович
плантации с полями, засаженными этой травой. Поместье Рунео располагалось неподалёку. Хозяин лично встретил пилота, несмотря на раннее утро. Он же приказал управляющему фабрикой открыть склад и вынести оттуда восемьдесят тонн продукции.
– Прогуляемся пока? – предложил Рунео юноше. – Я всегда обхожу свою фабрику с утра, чтобы убедиться, что всё нормально. Кстати, у меня для тебя подарок.
С этими словами хозяин вытащил из флаера, на котором прилетел сюда, шляпу. И не просто шляпу, а настоящий стетсон, как у американских ковбоев на Земле. Сам он, кстати, щеголял в таком же.
– Держи! – торжественно заявил Рунео, водрузив шляпу на голову гостю.
– Какая интересная, – заметил Павел, снимая стетсон и рассматривая его. – Откуда такая?
– Один тип в городе их делает. По мне, так самое лучшее на здешнем солнцепёке.
– А что за тип?
– Понятия не имею. Прилетел к нам на Спиру лет пять назад, с тех пор живёт. С этими словами они вдвоём направлялись к зданию фабрики.
Несмотря на то, что солнца взошли лишь полчаса назад, в обширном помещении кипела работу. В воздухе было не продохнуть от висящей там мелкой чалловой пыли. Павел закашлялся. Рунео только добродушно ухмыльнулся, глядя на это. Юноша отчаянно пожалел, что не догадался захватить с собой скафандр. Или хотя бы респиратор. Скафандр в любом случае не помешал бы, – с ним Павлу не пришлось бы глотать все эти гадкие препараты, подавляющие аллергические реакции организма на пыльцу местных растений и прочие штуки. Однако деловые переговоры в скафандре не ведут. Не принято.
Работали на фабрике, по большей части, туземцы. Причём, все без разбора: мужчины, женщины, старики, дети. Очень многие надрывно кашляли. Один не удержался и харкнул на пол. Парень отчётливо разглядел в его слюне сгустки чего-то чёрного. К провинившемуся мгновенно подскочил мастер и ударил по спине резиновой дубинкой, покрыв грязной руганью. Наказанный безропотно перенёс издевательство, вжав голову в плечи. Мастера, к слову, были сплошь людьми. Впрочем, среди простых рабочих людей тоже хватало. В отличие от туземцев, здешнюю атмосферу они переносили довольно сносно. По крайней мере, не кашлял ни один. Да и сам Павел постепенно привык. Даже какая-то лёгкая эйфория появилась, по-видимому, от висящего в воздухе наркотика.
Обойдя все участки и обсудив с мастерами происшествия, случившиеся за прошлый рабочий день, Рунео пригласил Павла в своё поместье на завтрак с семьёй. Отгрузка, по его словам, должна была затянуться ещё часа на полтора. Юноша, разумеется, согласился. Выйдя наружу, он убедился, что раньше, чем за полтора часа, здесь действительно не управятся. Парень почему-то думал, что товар будут возить от склада до корабля на погрузчиках или хотя бы на тележках. На деле целая вереница туземцев, словно муравьи, таскала из широко распахнутых ворот картонные коробки с сигаретами и складывала их на землю возле опущенного грузового пандуса. Вдоль их маршрута расхаживали какие-то люди с резиновыми дубинками наготове.
– Эти туземцы – ну чисто звери, – разглагольствовал Рунео, пока флаер на предельно малой высоте нёсся над полями. – Никак не хотят работать нормально. А они должны быть нам благодарны. Если б не моя фабрика, они тут скитались в степи, искали съедобные корешки и охотились на грызунов. У меня они за день работы получают еды больше, чем раньше могли добыть за три дня. А то и за неделю. Я, к тому же, ещё и их детишек грамоте учу, у меня при фабрике вечерняя школа. Всех, кто туда ходит, отпускают с работы пораньше.
Поместьем оказался большой привольно раскинувшийся двухэтажный дом. Центральная часть – из тёсанных каменных блоков, скреплённых раствором, и два деревянных крыла. Дерево наверняка привозное, – насколько Павел помнил, на Спире не росло деревьев с пригодной в строительном деле древесиной.
Кроме Рунео с гостем, за обширным столом собрались его жена и пятеро детей. Старшему на вид около шестнадцати, двум младшим – лет пять, не больше. Все вели себя чинно, хозяин сам накладывал на тарелки еду с больших блюд. Завтрак получился очень плотным. Ели молча. Покончив с десертом, Рунео встал из-за стола и подозвал Павла к себе поближе.
– У меня будет для тебя ещё одно поручение, – поведал он юноше. – Знакомься, это Стиг, это Нара.
Представленные личности были детьми хозяина. Мальчику Стигу лет двенадцать, Нара помладше, – ей лет десять. Брат и сестра стояли, взявшись за руки, и глазели на парня любопытными глазёнками. Стиг оказался уменьшенной копией отца, даже на голове носил такой же стетсон, Нара лицом пошла скорее в мать, только волосы были такие же тёмные, как у Рунео.
– Им пора уже учиться, – продолжил хозяин, – и нужна нейросеть. Я хочу, чтобы её поставили
