Своенравный подарок

воспользовавшись этим предлогом, и всё же упрямо буркнула, просунув руки в рукава:
— Я не стесняюсь!
За спиной послышался довольный смешок.
— Об твои уши можно факелы зажигать, вреднюга, — озвучил очевидное Ив и вдруг, приобняв её, легонько чмокнул в макушку. — Пойдём завтракать.
От этой небрежной нежности Антония снова растерялась. Определённо, её муж — очень странный мужчина. Потуже завязав пояс, она вылезла из ванной и вышла обратно в спальню. Там Серин уже споро расставляла тарелки и чашки на столе, мурлыкая что-то под нос — горничная явно пребывала в хорошем настроении.
— О, миледи, доброе утро! — радостно поздоровалась служанка, увидев Антонию.
— Доброе, Серин, — как можно непринуждённее ответила Тони, покосившись на разворошённую кровать, и с досадой ощутила, как щёки снова теплеют.
Нет, ну что такого в том, что горничная поймёт, чем тут они с Ивом занимались?! В конце концов, этим занимаются все без исключения замужние леди, и она ничем от них не отличается.
— Приятного аппетита, миледи, — Серин закончила расставлять и присела в реверансе.
— Спасибо, — кивнула девушка и остановилась рядом со стулом.
Признаться, она не ожидала, что Ранкур отодвинет его для неё, и постаралась скрыть очередное удивление поведением супруга. Кажется, он в самом деле серьёзно намеревался стать ей хорошим мужем. Служанка вышла, и они остались вдвоём. Соблазнительные ароматы еды защекотали ноздри, и Антония отвлеклась от размышлений о поведении Ива, уделив внимание завтраку. И молчание на сей раз не было натянутым, напротив, уютным и мирным. Расправившись с омлетом и тостами, Тони взяла чашку с чаем, откинулась на спинку стула и покосилась на жевавшего Ива.
— Какие планы дальше? — наконец поинтересовалась она, чувствуя умиротворение и приятную сытость в желудке.
— Через три дня мы выдвигаемся в Айвену, — огорошил ответом Ранкур. — Я займусь приготовлениями. Поедем налегке, верхом, — он выпрямился и окинул её взглядом. — Надеюсь, с верховой ездой проблем нет? — уточнил Ив.
Антония пожала плечами.
— Я почти с рождения жила в поместье под Реннарой, — невозмутимо произнесла она. — Родители приезжали только на осень и зиму, а так, я оставалась на попечении гувернантки и учителей, только последние лет шесть меня забирали в город на это время, а лето я проводила в поместье. И очень любила носиться на лошади по окрестностям, — взгляд Антонии стал на несколько мгновений отсутствующим, на губах появилась задумчивая улыбка.
— Отлично, — прервал её детские воспоминания голос Ива. — Поедем по дороге, там достаточно постоялых дворов, так что ночевать в лесу вряд ли придётся. Из вещей тоже советую взять только то, что пригодится в пути, остальное можно отправить багажом следом за нами. А вообще, наверняка в Айвене проще сделать новый гардероб, — он пожал плечами.
Антония выпрямилась и смерила мужа возмущённым взглядом.
— Ну конечно, и предстать перед всей оборванкой?! — негодующе фыркнула она. — Хватит уже того, что без свиты приедем! — Тони закатила глаза и поджала губы. — Будущие правители, называется.
В глазах Ива блеснул весёлый огонёк, но мужчина сдержал неуместный смешок.
— То есть, ты уже не против поездки? — словно невзначай уточнил он, отправив в рот кусок нежной ветчины.
Она опустила глаза, и её щёки снова украсил очаровательный нежный румянец.
— Ну… Нет, наверное, — тихо ответила Антония и спрятала лицо за чашкой.
Ив не удержался — очень уж ему нравилась непосредственность этой эмоциональной девочки.
— Всё-таки хочется стать королевой, м-м, Тони? — поддел он её с усмешкой.
Маленькая леди вскинулась, румянец стал гуще, и сопела она тоже очень мило.
— Вовсе нет! — выпалила она, потом поспешно добавила. — То есть… я хотела сказать… — заметив его широкую ухмылку, Тони поняла, что её откровенно дразнят, и едва сдержала порыв бросить в несносного мужа уже пустой чашкой. Вместо этого она аккуратно поставила посуду на стол, встала, задрав подбородок, и обронила. — Приятного аппетита. Я одеваться.
— Помочь? — поинтересовался Ив в спину уходящей супруге, развеселившись ещё больше.
Её реакция оказалась хоть и предсказуемой, но такой же милой, как и остальное поведение. Похоже, Антония совершенно не умела притворяться, и это оказалось для Ива приятным сюрпризом: он умел ценить искренность окружавших его людей. Со своими воинами всё было просто, для них он оставался командиром, а не возможным наследником, и, пожалуй, именно по этой открытости и искренности он будет скучать сильнее всего. Во дворце вряд ли дождёшься такого отношения от новых подданных. И тем приятнее