Своевольная красавица

над всеми, но, сколько Катриона ни напрягала глаза, нигде не было видно его темной головы. Сердце ее упало, и она дала волю своим чувствам — к чему прибегала крайне редко, не желая тревожить тех, кто был уверен в незыблемости ее безмятежности.
Во дворе Ричарда не было.
— Как тебе мой свадебный подарок? — вкрадчиво произнес низкий голос, и она почувствовала на своем виске теплое дыхание.
Незаметно подкравшись сзади, Ричард обнял ее за талию и прижал к себе, по-хозяйски положив ладонь ей на живот. Катриона вздрогнула и замерла, чувствуя, как его сила обволакивает ее. На одно божественное мгновение она закрыла глаза, наслаждаясь, прежде чем Ричард развернул ее лицом к себе.
Она распахнула глаза.
— Свадебный подарок?
Он ухмыльнулся:
— Я ведь ничего тебе не подарил, если помнишь. — В его глазах светился триумф. — Никак не мог придумать, что тебе понравится. — Его взгляд смягчился. — И вправду, что может понравиться колдунье, которая ставит свой долг выше бриллиантов? — Улыбнувшись, он легонько щелкнул указательным пальцем по ее носу. — Должен признаться, это было непросто — найти нечто такое, что ты бы по-настоящему оценила.
На его лицо упала тень, и Катриона сообразила, что они в парадном холле, куда он успел ее незаметно увлечь.
— Ты купил мне быка в качестве свадебного подарка? — недоверчиво спросила она. Стадо, которое он пригнал, стоило целое состояние, если не больше. Долина не могла позволить себе подобных расходов. Факт, отлично известный ее мужу.
— Не быка, а все стадо. — Он бросил на нее невинный взгляд. — Неужели тебе не нравится Генри?
Катриона едва сдержалась, чтобы не фыркнуть.
— По-моему, очень милый бычок.
— Это великолепный бык. У него блестящая родословная и, если верить документам, отличное потомство.
Они были одни в холле. Снаружи долетали громкие крики, под которые животные входили в свое новое жилище.
Губы Ричарда лукаво изогнулись, рука сильно сжала ее талию.
— Почему бы нам не подняться наверх и не обсудить Генри? Я мог бы рассказать о его достоинствах, а ты высказала бы свое мнение.
— Высказала мнение? — Катриона скептически поджала губы, встретив его горящий взгляд. Ноги сами несли ее к лестнице.
— Ну и, возможно, выразила бы некоторую признательность, чтобы развеять мои сомнения. — Он плотоядно усмехнулся. — Чтобы я убедился, что тебе действительно нравится Генри.
Катриона смотрела в глаза мужу и представляла себе их триумфальное возвращение в долину. В следовавшей за ними толпе она заметила множество работников с ферм. Да и обитатели замка встретили их как героев. Выражение глаз Ричарда — как, впрочем, и Девила с Уэйном — наводило на мысль, что они ждут аналогичного приема от своих жен.
Улыбнувшись, она переплела его пальцы со своими и посмотрела в сторону лестницы.
— Пойдем. Надо подумать, как тебя наградить.
Видит Бог, он заслужил это.
Позже, когда Ричард вымылся и они разделили достойную победителя трапезу, доставленную без всяких объяснений прямо в спальню, Катриона щедро вознаградила своего мужа. Утомленная любовными играми, обнаженная и расслабленная, она лежала, уткнувшись лицом в подушку.
Прошло немало времени, прежде чем она смогла пробормотать:
— Где вы были?
Вытянувшись рядом, Ричард покосился на жену. Глаза ее оставались закрытыми. Он приподнялся и окинул ее хозяйским взглядом, наслаждаясь совершенными линиями.
— В Хексхэме.
— В Хексхэме? — Глаза Катрионы открылись. — Но это в Англии.
— Ну и что?
— Ты хочешь сказать, что это английский скот?
— Это самый лучший английский скот. Возле Хексхэма есть отличная ферма, мы нанесли туда визит.
— Визит?
Ричард фыркнул.
— Признаться, это было похоже на старые добрые времена, когда налетчики из Шотландии приезжали на юг, чтобы украсть скот. Разница только в том, что я купил его. — Он ухмыльнулся. — Хотя не удивлюсь, если мистер Скроггс считает, что его ограбили, учитывая умеренную цену, которую мы заплатили.
Катриона подняла голову.
— Как вам это удалось?
Ричард усмехнулся:
— Исключительно благодаря Девилу — он просто неподражаем, когда нужно поторговаться. Грешно было не воспользоваться его присутствием. Я бы не сказал, что он давит на людей, но они почему-то уступают. Причем совершенно неожиданно для себя.
Катриона хмыкнула и, откинувшись на подушки, натянула на себя одеяло.
— Мы ожидали вас не раньше чем завтра. В записке говорилось о четырех днях.
— Ах да. — Ричард заметил, что ее голос окреп, и его интерес к приключениям заметно поубавился. — Мы так и думали, что вернемся сегодня — день туда и два обратно, —