Своевольная красавица

хотел жениться на тебе.
Катриона только хмыкнула в ответ.
Всю вторую половину дня они провели в пути, медленно продвигаясь вперед. Наконец Ричард решил остановиться на вершине небольшого холма. Тропа, перевалив через возвышение, спускалась вниз и терялась в тени. Сидя на солнышке, Ричард обозревал каменистую пустыню, оставшуюся позади, и багровую дымку вдалеке, за которой скрывалась долина. Покормив лошадей сушеными яблоками, подошла Катриона. С тихим вздохом она опустилась рядом и прильнула к мужу. Ричард обнял ее.
— Какой величественный вид. По-своему прекрасный, но такой суровый и неприступный, что по сравнению с ним долина кажется настоящим чудом, бесценным сокровищем.
Улыбнувшись, Катриона теснее прижалась к нему.
— Да.
Чуть погодя Ричард поинтересовался:
— Мы все еще во владениях сэра Олвина?
— Теоретически да, но он не обрабатывает эти земли. Жилище Алгарии находится чуть южнее их северной границы.
Положив подбородок на плечо жены, Ричард нахмурился.
— Значит, сэр Олвин — лендлорд Алгарии?
Катриона взглянула на него.
— По-видимому, да. — Положив руку ему на талию, она вернулась к созерцанию пейзажа, но спустя несколько мгновений вздохнула. — В одном я уверена — у Алгарии были веские причины отравить тебя. Не думаю, что она сделала это с легким сердцем. Во всяком случае, не из личной неприязни и даже не потому, что считала тебя неподходящим мужем для меня.
— Она не делала из этого секрета.
— Да… это вполне в ее духе. Она не скрывает своих мыслей. Но только чрезвычайные обстоятельства могли толкнуть ее на подобный шаг.
Уловив трепет в ее голосе, Ричард притянул ее ближе.
— Почему ты так уверена?
Катриона не задумываясь ответила:
— Потому что последовательница Госпожи может отнять чью-либо жизнь только ради сохранения других жизней. То есть она сделала это, пытаясь защитить других.
— Тебя, например?
Катриона кивнула:
— Меня. Или жителей долины. — Помолчав, она вздохнула. — Но это бессмысленно. Ты же не сделал ничего, что повредило бы мне или долине. Совсем наоборот.
Повернувшись к мужу, она заглянула в его синие глаза.
— Как ты думаешь, не было ли чего-нибудь после твоего приезда в долину, что она могла истолковать как реальную угрозу?
Ричард видел ее тревогу и хотел бы облегчить ее бремя, но не знал как. Держа ее лицо в ладонях, он проникновенно посмотрел ей в глаза.
— Со дня нашей свадьбы у меня не было иной цели, кроме твоего благополучия, а это едва ли совместимо с тем, чтобы причинить вред тебе или долине.
Катриона вздохнула. Склонив голову, она поцеловала мужа в ладонь и снова уютно устроилась в его объятиях.
— Знаю. И это не дает мне покоя.
Они продолжили путь. День между тем клонился к вечеру. Заметно похолодало. Свернув в узкую расщелину между скалами, Катриона остановила лошадь у грубо сколоченной постройки. В ответ на вопросительный взгляд Ричарда она сказала:
— Скоро стемнеет. Мы бы добрались за один день, если бы выехали пораньше.
Ричард не стал спорить. Тропа, по которой они ехали, представляла собой узкую ленту, вьющуюся по каменистому склону холма. Помимо ночного холода, им угрожали овраги и расщелины, подстерегавшие неосторожных путников на каждом шагу. Он спешился и опустил Катриону на землю.
— Что это?
— Заброшенная хижина пастуха. Сомневаюсь, что кто-нибудь ею пользовался с тех пор, как я в последний раз была здесь.
Ричард, отстегивающий седельные сумки, взглянул на нее.
— Ты была здесь? Я думал, что ты никогда не покидаешь долину.
Катриона скорчила гримасу и взяла из его рук сумки.
— Походы за травами не считаются.
— За травами?
— Каждую весну и в конце лета я отправляюсь на поиски трав и корешков, которые не растут в долине.
Расседлывавший коня Ричард прищурился.
— Похоже, в скором времени у меня появится интерес к ботанике.
Катриона усмехнулась и бросила на него лукавый взгляд:
— Я бы многому могла тебя научить.
Ричард улыбнулся:
— Правда? — Сняв седло со спины Грома, он посмотрел на жену. — Почему бы тебе не войти в хижину и не обмести паутину? Я разведу огонь, и ты сможешь научить меня всему, что умеешь.
Улыбка Катрионы стала шире, в глазах заплясали чертики.
— Действительно, почему бы и нет? — сказала она и направилась к хижине.
Ричард провожал ее взглядом, пока она, соблазнительно покачивая бедрами, не скрылась за дверью. Усмехнувшись, он занялся лошадьми.
Первые уроки, которые преподала ему колдунья-жена, не имели ничего общего с ботаникой. Как выяснилось, несмотря на деликатное сложение и изнеженный вид, Катриона обладала