Свой круг

на здоровье, приятного аппетита! Официантка еще раз ласково улыбнулась Азарову и старательно-грациозной походкой направилась к кухне, на отлете держа грязный пустой поднос. — Прекрасный сервис в нашем общепите, — елейно проговорил Полугаров. — Правда, Костик? Может, напишешь благодарность в книгу отзывов? Азаров поморщился. — У тебя сегодня перебор с остротами. Помолчи, хотя бы пока жуешь. За столом наступила тишина, только позвякивали о тарелки ножи и вилки. Певица низким, чуть хрипловатым голосом повествовала о девушке, сообщавшей матери, что она влюбилась в цыгана по имени Ян. Девушка была примерной дочерью и подробно информировала родительницу о вкусах и запросах своего избранника. Ян оказался разносторонней личностью: он любил золотые кольца, дорогие шубы и вина армянского разлива. Н-да… То-то мама обрадуется! — Это вам передали с соседнего столика, — на скатерть опустились две бутылки дорогого коньяка. — Сразу отнесите назад! — резко бросил Крылов. — Но… — Немедленно! И больше не вздумайте передавать нам что-либо! Официантка, обескураженно разведя руками, унесла коньяк. — Это небось твои подопечные? — спросил Александр у Азарова. — Да нет, — недоуменно ответил тот. — Моим я, видно, аппетит испортил, они сразу смотались. — Он кивнул на опустевший при нашем появлении столик у окна, за которым еще недавно гулеванили трое солидных мужчин с продувными физиономиями. — А больше знакомых лиц не видно. — Однако! — Крылов покрутил головой. — И тут загадки. — Да никакой загадки нет, — вмешался Роман. — Просто трудящиеся любят свою милицию. Сказал он это очень серьезно, и оттого получилось особенно смешно. Впрочем, загадка вскоре разрешилась. Мы заканчивали ужин, ожидая, когда принесут кофе. «До-ро-ги длин-ной стрела по сте-пи про-легла, как слеза-а по щеке-е-е, брюнетка на эстраде выводила слова медленно, как бы по слогам, но постепенно набирала темп и начинала пританцовывать все быстрее и быстрее, разворачиваясь на месте так, что шнур микрофона черной лентой метался вокруг нее. — …И только цокот копыт, только песня летит о замерзшем в степи ямщике-е-е!» Из-за столиков поднимались пары и выходили на танцевальную площадку под сплошную россыпь хрустальных многоцветных светильников. На плечо легла чья-то рука, я скосил глаза и увидел тонкие пальцы, на безымянном отблескивал золотой перстень с красным камнем. — Можно вас пригласить? Сзади стояла Марочникова. Обернувшись, я сразу охватил ее взглядом. Красивое синее платье, кажущаяся простота которого не могла ввести в заблуждение относительно его цены. Высоченная шпилька, создававшая впечатление, что она приподнялась на цыпочки. Чуть больше, чем следует, косметики. Надо сказать, что в освещении и обстановке вечернего ресторана она выглядела очень эффектно и уже не казалась пустенькой куколкой. Так меняется тусклая елочная игрушка, извлеченная из картонной коробки и водворенная на свое место среди праздничной хвои, украшений, блесток «дождя» и разноцветных лампочек. — Меня? — Придумать вопрос глупее было трудно. Но, честно говоря, я несколько растерялся. — Вас, — Марочникова обворожительно улыбнулась. — Можно? Я чуть замешкался. Полугаров не удержался от привычки балагурить по любому поводу. — Конечно, можно, — очень серьезно сказал он. — Наш товарищ стеснителен, но он как раз мечтал… Я не дослушал и вышел из-за стола. На танцевальном пятачке Марочникова положила руки мне на плечи, а я обнял ее за талию, и мы начали раскачиваться в такт музыке, чуть переминаясь с ноги на ногу, насколько позволяла колышущаяся вокруг масса разгоряченных людей. Лицо Марочниковой было совсем близко, от нее слегка пахло вином и дорогими духами. — Вы, конечно, думаете, зачем я вас пригласила? — Марочникова заглянула мне в глаза. — Угадала? — Нет, — ответил я чистую правду. То, о чем она спросила, я обдумал раньше, в короткие секунды, когда поднимался со стула. Потом, когда мы шли между столиками к эстраде и я поддерживал ее за руку, чуть выше локтя, ощущая гладкую горячую кожу предплечья, перепроверил свои выводы и окончательно убедился, что никаких определенных целей Марочникова преследовать не может, скорее всего ею просто руководит интерес экзальтированной девицы к человеку экзотической, на ее взгляд, профессии. Да еще, может быть, желание завести на всякий случай «нужное» знакомство. В последнем ей, бедняжке, предстоит пережить глубокое разочарование. — Удивляюсь, как вы удерживаете равновесие. Она хихикнула. — Иногда я боюсь бухнуться с этих ходуль. Зато так красивей. Правда? Увеличенные серой тушью глаза кокетливо раскрылись. — И еще я думаю, по какому поводу и с кем вы пришли в ресторан. — Повод? Разве для отдыха нужен повод? — Она откровенно веселилась. — Мы с Валерием часто здесь бываем.