Свой круг

с пятки на носок широкоплечий, приземистый парень. — Здорово, дружище, — широко улыбаясь, сказал Золотов. — Знакомься, Марина. — Федор. Ладонь была сухой и горячей. — Значит, так, время идет к обеду, — затараторил Золотов. — Поступило предложение: с учетом этого отправиться в «Сторожевую вышку». Кто за? Против? Воздержался? Принято единогласно. Вперед, труба зовет! На улице Золотов стал без разбора останавливать все, что двигалось, начиная с «Запорожцев» и кончая огромными «Икарусами». — Брось дурачиться, Валера, — Федор потянул его за рукав. — За углом стоянка такси. — Не беспокойся, все будет в норме, — с апломбом ответил тот. — Поедем с комфортом, как короли! Ехали они в белом фургоне с надписью на борту «Гордезслужба», с невыносимым, выедающим глаза запахом карболки внутри. «Черт бы побрал этого дурака!» — подумала Вершикова, а Федор высказал свое мнение вслух: — Ты здорово придумал, вместо рвотного! Мне уже и есть не хочется. — Ерунда. Сейчас выйдем, пройдемся пешочком по воздуху, вмиг аппетит нагуляем, — степенно ответствовал Золотев. — Шеф, останови у моста! До «Сторожевой вышки» отсюда было метров восемьсот. — Ничего, приключения полезны, — бодро вещал Золотов. — Посмотрите по сторонам, красота-то какая! Когда бы мы это увидели! Правда, Федя и не такое повидал во время странствий по белу свету! Расскажи нам что-нибудь. — Неохота, — вяло ответил Петренко. — Настроения нет. — Дело поправимое! Сейчас по двести граммов водочки под ушицу, потом еще под цыплят на вертеле, и жизнь радужными красками заиграет. Федор мрачно усмехнулся. — Если бы так! Выпил, пошел — и счастлив… Вот была бы красота! Все просто, никаких проблем. — А их и не стоит создавать! Ты не думаешь, что большинство проблем — дело наших собственных усилий? Надо смотреть на окружающий мир проще. А то ведь что получается? Куда-то стремимся, выдумываем для себя идеалы, поступаем как нужно и как правильно, ставим общественное выше личного… Крутимся, бежим, и вдруг — бац! Инфаркт! Или автомобильная катастрофа! Или нож в пьяной драке! Мы живем так, будто имеем в запасе вторую жизнь — для себя, для своих удовольствий, жизнь, в которой все будет хорошо, спокойно и красиво. Но на самом-то деле ее нет! Значит, надо, чтобы каждый сегодняшний день приносил радость! Не переживай, Федька, «все пройдет, как с белых яблонь дым»! Впереди показалась плетенная из гибких ивовых веток изгородь, за ней несколько крытых камышом глинобитных хат и срубленная из бревен высокая сторожевая вышка. — Вот и добрались! Может, теперь немного развеселитесь! Вы пока погуляйте, а я пойду закажу столик. Территория ресторана была оформлена с явным смешением стилей. Рядом с казачьими домиками — сложенная из больших каменных глыб шашлычная, за ней — деревянный сруб колодца с торчащим вверх журавлем, неподалеку водонапорная башня, замаскированная под ветряную мельницу. Асфальтированные дорожки, европейские клумбы. — Давайте поднимемся на башню! Идея пришла к Вершиковой неожиданно и, как всегда, была сразу приведена в исполнение. Не ожидая ответа, она быстро взбежала по крутой деревянной лестнице. Первая обзорная площадка, вторая… На третьей ее догнал Федор. — Дальше полезем? Лестница закончилась, и подняться выше можно было по вертикальному толстому бревну с вырубленными углублениями и прибитыми на расстоянии полуметра досками. — Конечно, я же в брюках! Перехватываясь руками за доски, она ловко карабкалась по импровизированным ступеням, и ей нравилось, что по пятам следует человек, готовый подстраховать в случае чего. Протиснувшись в узкий люк, они оказались на крохотной треугольной площадке, огороженной грубо обтесанными перилами. — Осторожно, не занозите руки, — предупредил Федор. — Не страшно? Под порывами ветра вышка ощутимо раскачивалась, земля была далеко внизу, а широкие щели между плохо подогнанными досками под ногами наводили на мысль о ненадежности всего сооружения. — Нет, мы с Валерием выпили понемногу, это придает храбрости. А вам? Впрочем, вы привыкли лазать по мачтам! Федор промолчал, осматриваясь. Справа и слева теснились, утопая в зелени, многочисленные базы отдыха, растянувшиеся вдоль берега на несколько километров. Впереди река раздваивалась, огибая густо заросший деревьями и камышом остров, на высоком правом берегу раскинулся город — старые, обреченные на снос кварталы: частные домишки, бесконечные заборы, сады, огороды, приусадебные участки. Сзади лесополоса, а потом, до самого горизонта — голая степь… — Почему вы такой невеселый? Он молча пожал плечами. «Скрытен», — отметила про себя Вершикова. — Расскажите что-нибудь! Хотя бы новый анекдот! Вершикова откровенно разглядывала своего спутника. Крепкий, правильные черты лица, круглые зеленые глаза, как у большого