Своя квартира

Кто сказал что переезд в новую квартиру всегда в радость? А если ваша младшая сестренка начинает себя подозрительно вести, а к матери приезжает ее ухажер, из-за которого вас бросили два года назад? В каждом доме свои тараканы и свой мусор. И переезжая мы забираем его с собой.

Авторы: Минаева Анна Валерьевна

Стоимость: 100.00

-Но ты то услышала, — ткнула меня носом в неоспоримый факт подруга.
-Нет, — я, наконец, смогла взглянуть на Лебедеву, — Это была не я. Это
была Ксюша. А у детей сон чуткий.
-Давай так, — вздохнула она, словно смирившись с неизбежностью, —
Если еще происходит нечто мистическое – ты сообщаешь мне. Помнишь, я
тебе говорила, что у меня дед знахарством занимался, когда в деревне жил?
ПГТ не деревня, но люди к нему еще ходят. Спрошу у него совета, может,
скажет что делать. Думаю, это лишним не будет. Как тебе идея?
-Согласна. Но всё же я надеюсь, что такое больше не повторится.
Слава улыбнулась:
-Когда Козин приезжает?
-Второго января. Спокойной жизни пришел конец.
-Может еще не всё так плохо? – постаралась подбодрить меня Яра, — Ты
ведь его почти не знаешь. А там еще неизвестно, как он к тебе отнесется.
-Наверное, ты права, — я спустила вниз затекшую ногу, — Но мне хватает
того, что он кинул маму и уехал не сообщив.
30
-Оставив деньги на квартиру, а потом вернулся, — закончила за меня
подруга, — Вик, я понимаю, что родной отец ближе. Но если он на самом деле
объявился из-за выгоды, то не надо строить воздушные замки. Они рухнут в
любой момент. Попробуй приглядеться к тому, кто сейчас ближе. Я не
заставляю тебя признать в нем близкого родственника, но попробовать то
можно.
-Я тогда не понимаю, зачем отец меня знакомил со своей Инной.
Неужели только для того, чтоб я ничего не заподозрила? Слав, я запуталась, —
мой лоб встретился со столешницей, и я закрыла голову руками.
-Разберешься. Ты у меня сильная, — шепнула Лебедева, проведя рукой
по моим волосам.
От подруги я ушла спустя два часа. Мы посмотрели фильм, который
давно посоветовала мне бабушка – «Пролетая над гнездом кукушки».
Насмеялись, обрыдались, и вот теперь по темному переулку я шагала в
гордом одиночестве домой. На ветках деревьев застыли сосульки, заключив
их в импровизированные стеклянные коконы. От тяжести ветви тянуло к
земле и казалось, что к тебе протягивают руки-лапы неземные создания. То,
выныривая из зимней ночи в желтый свет фонарей, то ныряя обратно, я,
наконец, добрела до дома и с неохотой поднялась в квартиру.
-Мам, я дома! – крикнула я, вешая куртку на крючок.
-Иди ужинать! – вторила мне она.
-Я не голодна, — нашла я маму с Ксюхой в их комнате. Сестренка
пыталась учить алфавит. Водила пальчиком по страничке цветного учебника
и пыталась прочитать слово.

-Вы у врача были? – я села рядом с дитем на пол, обращаясь к маме.
-Да, сказали что ничего страшного. У деток часто темнеют глазки из-за
накопления меланина. Теперь она у нас больше не голубоглазая, — вздохнула
она.

-Но фиолетовый довольно необычный цвет…
-Может это ненадолго, и потом он опять поменяется, — пожала мама
плечами, — Главное, что никаких заболеваний не обнаружено. А то я столько
вычитала в интернете – ужас.
-Как успехи? – потрепала я сестру по черным кудряшкам?
-Тузик, — довольно ткнул ребенок пальцем в книгу. Я с замиранием
сердца перевела взгляд на рисунок собачки, а перед внутренним взором
всплыло воспоминание о самом страшном дне. Летящая игрушка, которая на
секунду замирает в воздухе и наконец, определившись с целью, летит ко мне.
31
А Ксюха в это время сидит на кровати с отсутствующим взглядом и
протягивает мне руку, приглашая поиграть.
-Вик, всё хорошо? – мама дернула меня за руку, а я от неожиданности
отшатнулась и повлекла за собой малышку, и лишь потом осознала, что
сжала ее ручонку слишком крепко. Но девочка не проронила и звука, сверля
меня взглядом. На левой ручке проступали красные отпечатки от моих
пальцев, а по щечкам скатывались слезки.
-Прости, — это было скорее адресовано маме, чем сестре. Вскочив с
пола, я в мгновение ока оказалась в своей комнате и закрыла дверь. Да что же
со мной происходит?
***

На следующее утро мама сделал вид, что ничего не случилось. А ведь
на нежной коже малышки остались синяки от моих прикосновений. Но она
даже не заплакала! Почему? Почувствовала мой страх? Или просто
постаралась выглядеть взрослее? Взрослые же не плачут.
-Мама, мама, а когда мы будем наряжать ёлку? – услышала я возглас
Ксюни из коридора, когда сама пыталась еще раз заснуть, спрятав лицо в
подушку.
-Вечером.
-Нет, я хочу сейчас! – заканючила сестра.
-Тогда иди, буди Вику, — хмыкнула мама.
Ну как всегда! Зачем я им там? Сами