Священная швабра, или Клуб анонимных невест

самостоятельная женщина Ирина Стрельникова направилась домой. В сумочке лежали месячная зарплата и трудовая книжка. Успешный толстяк из рекламы пива догнал её у лифта.
— Ира, а ты вся в веснушках, неужели, весна? — фальцетом пропел он.
— Весна! — кивнула Ирина. — Скворцы прилетели…
— И не говори, — хмыкнул толстяк. — Тебе на какой, Ирунчик?
— На первый.
Толстяк вздохнул и нажал первую кнопку.
— А меня в новое ток-шоу «Кружка для подаяния» пригласили. Не ты ведёшь?.. Жаль! В чём суть, не знаешь? Подаяния не заставят собирать? — хохотнул он.
— Меня только что уволили, толстый, — Ирина, сморгнув, вытерла слёзы. — Вот, не хотела плакать, а плачу…
— Брось, ты же звезда, а звёзд не увольняют! Ещё увидимся, Ира… — испуганно отшатнулся толстяк.
«Я снова вырыла себе яму, а Кочетков, наоборот, вылез из своей!» — быстро спускаясь по крутым ступенькам на улицу, думала Ирина.
На стоянке маршруток было пусто. Ирина оглянулась на серое здание телецентра и чуть не упала, оступившись в лужу.
— Чёрт! — вскрикнула она, стараясь удержать равновесие. — Почему мне так не везёт?..
Её глаза
Его бывшая супруга сидела рядом и, зевая, перелистывала «Vogue». Он посмотрел на профиль Ирины, нарисованный на салфетке и сердито скомкал её.
— Гончаров, ты влюбился? Это не к добру, — нахмурившись, проворчала Инна, отметив все его манипуляции. — Когда ты успел?.. Я тоже хочу.
«А я не хочу ни с кем говорить сейчас, — отвернувшись, подумал он. — Даже с тобой, Ира, даже с тобой! Вернусь в Москву и позвоню. Думаю, ты поймёшь».
Самолёт подлетал к Брюсселю.
Хуже — бывает!
«Я всегда хотела двух сыновей, и они у меня есть!» — Ирина вытерла слёзы, набрала свежего воздуха в лёгкие и вошла в подъезд, решив пока не говорить маме, что осталась без работы.
— Ой, Ирочка, вы только не волнуйтесь… — метнулась к ней со своего места консьержка — старушка с фиолетовыми буклями.
— Дурные вести приходят быстро, да?.. — Ирина остановилась и заставила себя улыбнуться.
Консьержка участливо всмотрелась в лицо Ирины.
— Крепитесь, и не такое бывает, Ирочка… Тут такое дело, в общем, вашего Павлика час назад забрала его бабушка!..
— Какая ещё бабушка?! — по инерции повторила Ирина. — Дома кто-нибудь есть?..
— Яша у соседей, — консьержка глазами показала на квартиру напротив. — А ваша мама поймала такси и поехала за этой бабусей… Такая бабка горластая, я вам скажу!.. Из Пушкино, как я поняла. Вы домой зайдёте?..
Было три часа дня. В прихожей пахло валериановыми каплями, по полу были раскиданы тапки, а от зеркала в детской комнате каждую секунду отпрыгивали солнечные зайчики. Сто тысяч мелких невзаправдашних прыгучих зайчиков. Обычно в это время начинался прямой эфир ток-шоу «Ультиматум».
«Похоже, ничего в мире не меняется, — подумала Ирина, с кряхтением древней старухи опускаясь на стул в пустой детской. — Ничего… Действительность сама по себе, а люди сами по себе».
По её лицу быстро текли слёзы.
Разговор с ангелом
— Я слышала, как переговаривались два голоса, мужской басистый и женский сексуальный: «Все равно умрёт, на ней живого места нет!.. Что ей вколоть ещё?» «Ничего… А машина восстановлению не подлежит. Ну и старьё, где она только его откопала?» — отвечал мужчина. «В морг везти?..» «Подожди, сейчас она вздохнет последний раз и всё закончится…» И лишь когда я уже вернулась оттуда, то поняла, что они говорили обо мне. Похоже, это были ангелы…
— Ну, не плачь… На, вытри слезы! — Лера вскочила и протянула Ирине марлевую салфетку. — Господи, а я как узнала, что ты в реанимации, побежала за твоё здравие свечки ставить! В десяти… нет, вру — в восьми церквах я била поклоны за тебя, Ирка!
— Зачем? — поморщилась Ирина — сломанные рёбра болели.
— Ты что?! Это же самое верное средство, — убеждённо запричитала Лера. — Если не можешь человеку ничем помочь, то хотя бы молись за него!
— Спасибо, друг.
— Не за что! Палата, конечно, не из лучших, — Лера покосилась на соседнюю кровать, на которой с посвистом посапывала загипсованная старушка. — Зато живая, а кости срастутся! Слушай, а помнишь про застрахованную попу Джей Ло? Жаль, что у нас никто не страхует попы… А ведь могла бы получить большие деньги! Ой, тебе же смеяться нельзя, прости…
И только через неделю Ирина восстановила приблизительную хронологию событий того, что с ней произошло в тот день.
Сперва она вспомнила, как мучительно долго набирала номера мобильных телефонов мамы и Гончарова.
— А Михаила Васильевича нет, — холодно ответила ей секретарь Гончарова, когда Ирина догадалась позвонить ему на работу. — Представьтесь, пожалуйста… Ирина Стрельникова? Нет,