Сыграй со мной

верна своей любви к нему, пусть он и дал понять, что предпочитает целовать клон Барби, а не меня.
Но с Хантером, стоящим между моих ног и небрежно положившим ладонь чуть выше моего правого колена, было бесполезно отрицать притяжение. Я все эти дни находилась под его обаянием и никогда еще не испытывала чувств, какие вызывал во мне он. Все с ним было в новинку, захватывающе, рискованно и опасно. Я не могла его сравнить со старым добрым и безопаснымТони.
Мне бы не хотелось, чтобы они сейчас поменялись местами. И это была самая страшная мысль из всех. Высокая темноволосая красотка, появившаяся за спиной Райана, вырвала меня из задумчивости. Она обняла его одной рукой за шею и поцеловала в щеку.
— Привет, братишка.
— Привет, Рейч.
Когда он представил меня как Мэттьюси подругуего друга, мое сердце ухнуло вниз. Я протянула руку пожать ладонь Рейчел.
— Меня зовут Лиза.
— Не обращай на него внимания. Этот болван так и не научился использовать имена. — Рейчел засмеялась, игриво пихнув брата. — Мне повезло — я его сестра.
— Это не имеет значения, Картер, — поддразнил он ее, открыл еще одну банку колы и стукнул ей о банку Филиппа.
— Значит, подруга друга, ммм? — с любопытством спросила Рейчел. — И где этот друг?
— Не здесь, — усмехнулся Райан.
В его глазах снова блеснул озорной огонек, и когда наши глаза встретились, я снова занервничала.
Рейчел вздохнула, закатив глаза.
— Когда ты уже вырастешь и довольствуешься одной?
— Он молод, детка. — Фил наклонился над стойкой, чтобы поцеловать жену. — У него есть время.
— Знаю. — Она отстранилась и, фыркнув, усмехнулась брату. — Просто я жду того дня, когда девушка увидит тебя насквозь… и решит, что ты ей все равно очень нравишься.
Райан рассмеялся.
— Да, я тоже.
После вчерашнего прятанья от его мамы в пляжном домике было необычно видеть такое добродушное семейное подшучивание. Свободное, легкое. Забавное.
— Самое время для выпивки. — Филипп достал из-за стойки две рюмки, одну поставил перед собой, другую — перед Райаном, и начал наполнять текилой.
— Пожалуй, выпей с Рейч. Я сегодня пас. — Поджав губы, Райан подтолкнул рюмку в сторону сестры.
— Ты пас? С таким красивым собутыльником? — спросил Филлип, послав мне широченную улыбку. То, что он перевел стрелки на меня, сбивало с толку. Я не планировала пить ни капли этого пойла, но не понимала, почему он говорит обо мне, не поставив передо мной рюмки.
— Я не буду пить это с ней.
А вот теперь он обидел меня. Он пил с другими девушками, а со мной не хочет?
— Почему? Она стесняется? — удивился Филипп.
— Она слишком хорошая.
— А, значит, она ханжа.
Что за фигня?
— Я не ханжа! И я стою прямо перед вами, так что буду благодарна, если вы объясните мне, о чем, черт возьми, говорите.
Райан посмотрел на меня с робкой улыбкой и коснулся кончиками пальцев моей щеки.
— Она скромная, — сказал он Филу.
— Дерьмовенький способ завуалировать слово «ханжа», — проворчала я. — Так почему ты не хочешь делать со мной то, что делаешь с другими, приходя сюда?
Говоря это, я уже чувствовала, что мое уязвленное самолюбие доведет меня до неприятностей. И все же не могла спустить им с рук того, что они считают меня скромницей и ханжой. В конце концов, я дважды сбегала из дома ради этого парня. И в данный момент сидела на барном стуле в клубе, в который не пускают до двадцати одного года.
— Ты не знаешь, о чем просишь, Мэттьюс.
— Но я же не умру, узнав это, верно? — Господи, я должна была прикусить свой язык.
— Ладно, — протянул Райан. — Помни, я честно тебя предупредил.

Сжав губы, я наградила Хантера решительным взглядом, но от его последних слов чуть не намочила штаны.
Филипп казался довольным ситуацией, разливая текилу. Рюмку Райана он по требованию его сестры наполнил наполовину. На каждую рюмку он положил по дольке лимона.
Райан улыбнулся мне.
— Все еще в игре?
— Я же не должна это выпить? — Черт. Голос дрогнул от нарастающего беспокойства.
— Не должна. Это для меня. Ты просто поможешь с лимоном.
Поможешь с лимоном? Это как? Скормлю его ему? Ладно, с этим я справлюсь.
— Я в игре.
Райан так усмехнулся, что я сразу засомневалась, нахожусь ли в правильном месте в правильное время. Но было слишком поздно идти на попятный. Он снял лимон с текилы, чокнулся рюмками с Филиппом и протянул дольку мне.
— Кусай.
— Что?
— Кусай, — повторил он.
Он повернул козырек кепки к затылку, затем залпом выпил