спросил он.
В ее глазах отразилась его улыбка. Она кивнула и надула губы.
— Я понимаю, я пятно на твоей репутации. Тогда поставлю вопрос по-другому. Хотела бы ты поехать и посмотреть, как я буду выбирать елку?
Джеллис засмеялась и, кивнув головой, быстро отвела взгляд от его добрых глаз. В груди ее снова повисла тяжкая, труднопереносимая боль…
— Тогда иди и возьми пальто и ботинки, а я заберу коляску. Мы можем купить елку в деревне?
— Да. Мне нравится ездить по местным магазинам. Поддерживать владельцев.
— Как во Франции, — кивнул он головой. — Иначе нам останутся одни супермаркеты.
— Да. В любой стране надо сохранять деревенскую жизнь.
— Я согласен с тобой. Бери пальто.
Джеллис взяла куртку и зимние ботинки, одела ребенка в стеганый костюмчик и посадила его в коляску, которую Себастьен вкатил в холл из гаража. Тепло укутав малыша, Джеллис обернулась и увидела, что Себастьен угрюмо смотрит на нее.
— А где твои ботинки?
— У меня других нет. Эти подойдут.
— Нет, не подойдут, — возразил он. — Снег за несколько секунд набьется в них. И куртка эта тоже не подходит. На улице холодно, Джеллис. Пойди возьми пальто.
Джеллис разволновалась, смутилась. Чувствуя себя почти виноватой, она тихо сказала:
— У меня нет пальто.
— Почему? Ты же говорила мне, что у тебя достаточно денег! — Лицо его стало жестким, и он сердито добавил: — Почему? Ведь ты жила бок о бок со мной…
— Нет! Деньги тут ни при чем. У меня не было времени! — «А если быть честной, то просто не было желания». — Я куплю пальто, как только мы поедем по магазинам, — поспешно пообещала она.
— А разве можно купить пальто и ботинки в деревне?
Она покачала головой.
— Я поеду в Фолкстоун или в Дувр, когда мы купим елку.
— Сначала мы поедем в город. — Все так же мрачно глядя на нее, Себастьен тихо сказал: — Я был богатым человеком. Почему же оставил тебя без средств, Джеллис? Почему? Неважно, что я чувствовал, чего хотел, в чем нуждался, но почему же оставил тебя без денег?
— Наверное, потому, что ты знал, что у меня кто-то есть. Может, ты думал, что ребенок — не твой… Я не знаю, Себастьен! Ну, поехали?
— Да, — стиснув зубы, согласился он. — Я могу вернуть арендованную машину, у компании есть отделение в Дувре. Мы сделаем покупки, а они потом нас отвезут в деревню.
— Они этого не сделают!
— Обязательно сделают, — удивленно произнес он.
Глядя на его решительное лицо, Джеллис мысленно согласилась с ним. «Да, разумеется, отвезут. Даже до аварии, если Себастьен чего-то желал, он непременно добивался этого. А теперь он стал гораздо более властным, чем прежде».
— Можно сложить коляску и поместить ее в багажник?
— Да.
Он кивнул, набросил теплую куртку, которая, очевидно, была в машине, вынул ребенка из коляски и передал его Джеллис.
— У тебя есть детское сиденье?
— В машине.
Он снова кивнул и выкатил коляску. Через пять минут коляска уже была в багажнике, младенец сидел в своем креслице. Джеллис забрала ключи и сумку, закрыла парадную дверь и покорно устроилась на сиденье машины.
Она надежно пристегнула маленького Себастьена к креслицу, потом защелкнула ремень безопасности и посмотрела на мужа. Она понимала, что он сердится не на нее, но ей все равно было обидно. «До чего же неприятно чувствовать себя крысой, сбежавшей с корабля». Она стала смотреть в окно на зимний пейзаж.
Завершив поход по магазинам, в результате которого у Джеллис появилась новая дубленка и теплые ботинки, они позавтракали в Дувре, и Себастьен спросил у официанта, нет ли в кафе комнаты, где его жена могла бы покормить и переодеть ребенка. К большому удивлению Джеллис, такая комната у них нашлась. «Если бы я была одна, они отнеслись бы ко мне с сочувствием, но отказали бы. Благодаря Себастьену все оказалось как нельзя лучше».
Погрузившись в грустные размышления, она начала кормить сына, а муж ее тем временем вышел полюбоваться на древний город.
Когда он вернулся, она заметила, что он не просто осматривал достопримечательности. В руках Себастьен держал несколько больших пакетов, но когда она спросила его, что это, он просто улыбнулся ей в ответ.
Автомобильная компания отвезла их домой, а потом Себастьен занес в дом пакеты и детское креслице, и они отправились в деревню. Себастьен вез коляску. У него был немного глуповатый вид, однако Джеллис не собиралась говорить ему об этом.
— Люди будут смотреть на тебя, — тихо предупредила она его. — Им интересно узнать, где ты был.
Он искоса взглянул на нее и улыбнулся.
— Хотя Тереза, это медсестра, — объяснила Джеллис, — из-за твоего загара решила, что ты, скорее всего, не сидел в тюрьме.
