Живут в одном милом провинциальном городе две сестры: Тамара и Лелька. Лелька — старшая, но такая уж она неспокойная, такая озорная, такая шальная и безответственная, что вечно ввязывается в разные авантюры. А вызволять ее приходится родным. Вот, к примеру, что бывает, когда ввязываешься в криминальную историю с пятью эскизами Левитана…
Авторы: Гордиенко Галина Анатольевна
на пасмурный Петербург было скучно, и Маша грубовато подтолкнула Смуглого под локоть. А когда он обернулся, буркнула:
—Динка сказала — ты делом занят.
Смуглый улыбнулся, и Маша раздраженно отметила, что глаза у него ничуть не менее зеленые, чем у нее самой. И дура Томка, если этого не видит. Она-то не замужем, чего зевать? Такой парень пропадает…
Смуглый молчал. Маша подошла к стене, посмотрела на яркие голубые прямоугольники — жаль, она так и не видела картин! — и спросила:
—Ты всю квартиру осмотрел?
—Ты о чем?
—Да ладно притворяться! Динка сказала — ты их ищешь.
—Их — это что?
—Картины, умник!
—Малышка ошиблась.
—Да-а? Ты шаришь по всем комнатам, а Динка, значит, ошиблась?
—Точно. Потому что я ищу не картины.
—А что?
—Присматриваю места, где мог бы их спрятать.
Маша ахнула: ну ничего себе! Этот тип что, признается, что украл их?! Или… или просто пытается угадать таким образом, куда их пристроил воришка?
Маша внимательно осмотрела комнату и вынужденно признала, что Смуглый прав. Перерывать все барахло — жизни не хватит.
Семь комнат! Да еще кухня, коридор, кладовки… Проще вызвать милицию — им за это деньги платят. А вот если угадать…
Но украла Наташка.
И все равно — молодец Смуглый. Хоть и болван, раз такого пустяка не понял. Ведь на поверхности лежит!
С другой стороны, Наташка запросто могла оставить картины пока здесь. Мол, если на нее и подумают — решат, что давно вынесла. Найдут в доме, она вне подозрений.
Умная, зараза!
Маша подергала себя за волосы: ситуация осложнялась. Кстати, если воришка Смуглый — забавно. На глазах у всех подыщет подходящее местечко и спрячет украденное. Цирк!
Нет, лучше не путаться. Наташка так Наташка. У нее единственной шансы припрятать эскизы вне дома. От этого и будем плясать.
Приняв решение, Маша успокоилась. Прикинула размеры эскизов и снова расстроилась: тридцать на сорок, не больше. Вынести и припрятать — нечего делать. Особенно, если вынуть из рам.
Она гений.
Пусть Смуглый ищет картины, а она поищет рамы!
Настроение у Маши улучшилось, она доброжелательно улыбнулась Электрону и поинтересовалась:
—Присмотрел?
Электрон пожал плечами.
—Пусто.
—Ну-ну,— утешила Маша,— не отчаивайся. Ты на верном пути. Я уверена — найдешь. Если они в доме.
—Твоими бы устами…
—Софи сильно расстроилась?
—А ты как считаешь?
—Глупый вопрос, понимаю.
—Дело ведь не только в эскизах,— мрачно сказал Электрон.
—А в чем? — искренне удивилась Маша.
—В нас.
—Почему — в нас? Я, например, не брала!
—Так все говорят.
—Но я действительно не брала!
—Повторяю — так все говорят.
Маша смотрела изумленно. Электрон потрогал пальцем светлое пятно на обоях и угрюмо пояснил:
—Каждый под подозрением. Если ты меня встретишь даже через десять лет, мгновенно вспомнишь эту историю. И будешь думать, не вор ли я. Так же будет думать о тебе… пусть Эльвира.
—Но я…
Электрон сочувственно улыбнулся. Маша сжала кулаки, а затем радостно воскликнула:
—Меня не было здесь, когда картины пропали!
—Да-а? А когда, по-твоему, они пропали?
—Н-не знаю. Я думала, когда мы с Петей ушли.
Электрон отрицательно покачал головой.
—Нет. Мы еще сидели за столом, когда заметили — они исчезли.
—Как… это?
—Так. Думаю, их сняли как раз перед завтраком. Все были дома. Даже ты.
Машино лицо покрылось пятнами: вот это финт! Она тоже под подозрением! И рыжий кролик. Хотя он-то… Смешно!
Маша кругами забегала по комнате. Электрон опять уставился в окно. То ли подыскивал в уме тайник для украденных полотен, то ли вычислял вора.
Маша фыркнула от злости: как он смеет?! Она только приехала, этих дурацких картин еще и не видела, а тут…
Внезапно Машино лицо вспыхнуло, и она радостно закричала:
—Скорее всего их стащили ночью, когда все спали! А мы с Лелькой, чтоб ты знал, приехали утром! Так что нечего валить с больной головы на здоровую!
Электрон повернулся к ней и хмуро заметил:
—Опять не так.
—Что — не так?!
—Утром картины висели на местах.
—Да с чего ты взял?!
—Их видели Вера Антоновна и Софи.
Маша замерла, переваривая информацию, затем потрясенно прошептала:
—Они сами сказали?
—Да.
Маша упала в ближайшее кресло. Электрон помолчал и добавил:
—Вера Антонова в шесть утра вытирала пыль. С рамочек тоже. А Софи, когда утром заходит сюда, привычно находит их взглядом. Как привет из детства. Она видела этюды около семи.
—А потом?— убито спросила Маша.
