Та, которой не стало

ситуацией, взмахнул рукой, давая ему знак молчать.
– Перед вами – настоящая Мелина Ллойд. Вчера вы познакомились с ее сестрой Джиллиан.
Прошло несколько мгновений, прежде чем Харт сообразил, что имел в виду Лоусон, но даже после этого он ему не поверил.
– Джиллиан?.. Да нет же, детектив! Со мной работала Мелина! – Он повернулся к ней: – Скажи же ему!..
Несколько секунд она молча смотрела ему прямо в глаза, потом отрицательно покачала головой.
Когда до него наконец дошло, ему стали понятны и насмешливые намеки Лоусона, и странная отчужденность Мелины, и Харт почувствовал, как его лицо вытягивается от удивления. Взгляд его продолжал скользить по лицу, фигуре, волосам Мелины, но никакой разницы он по-прежнему не видел, а посмотрев ей в глаза, Харт, что называется, нутром почувствовал, что именно с этой женщиной он провел вчерашний вечер и часть ночи.
– Это ты, – объявил он хрипло. – Это была ты!..
– Это была Джиллиан, – негромко ответила она, словно обращалась к нему одному.
Но Харт ей не поверил. Это просто не могло быть правдой. Он узнал ее. Сидевшая перед ним женщина была той, с которой он… которая… Воспоминания нахлынули на него. В одно мгновение он припомнил каждое ее движение, каждый вздох, каждое прикосновение. Он не мог ошибиться и принять одну женщину за другую. Это было абсолютно невозможно.
Она встала и шагнула к нему, протягивая руку:
– Меня зовут Мелина Ллойд, полковник Харт. Это я должна была сопровождать вас вчера вечером, но вместо меня отправилась моя сестра-близнец.
Он уставился на ее протянутую ладонь, словно не зная, что с ней делать. Наконец Харт настолько оправился, что взял ее руку в свою и осторожно пожал.
Черт побери, ощущение было тем же самым! Это ее рука, ее кожа, ее тепло, даже то, как ее рука помещалась в его ладони, – все было знакомым!
– Мелина, я не верю… – проговорил он, даже не отдавая себе отчета, что произнес эти слова вслух. – Хотя сходство действительно потрясающее.
Она улыбнулась.
– Нам всегда говорили так, с самого детства.
– Но твой… ваш голос…
– У нас и голоса были одинаковыми, Даже родители не могли различить.
Потрясенный, он продолжал вглядываться в ее лицо. Губы, глаза, волосы были точно такими же, какими он их помнил, только вчера вечером она была накрашена. То есть не она, а Джиллиан… Черт!.. Неужели это правда?
– Джиллиан!
– Джиллиан, которая была найдена убитой сегодня утром.
Он со свистом втянул воздух сквозь стиснутые зубы:
– Значит, Джиллиан мертва? Убита?..
Ее сестра кивнула:
– Я тоже не могу в это поверить.
Харт покачал головой. Теперь все разъяснилось, все встало на свои места. Ему стал понятен и интерес Лоусона к его персоне, и все остальное. Разумеется, детектив должен был допросить его – ведь он как-никак был последним, кто видел Джиллиан Ллойд живой. Кроме, разумеется, того, кто ее убил.
Осознав, что все еще сжимает в руке пальцы Мелины, он выпустил их и тяжело опустился на стул рядом с Джемом Хеннингсом. Кажется, ему сказали, что он и Джиллиан были помолвлены…
Стоп! Помолвлены? Стало быть, у Джиллиан был жених? Харт посмотрел на своего соседа с новым интересом. Джем ответил ему злым взглядом. В его глазах светились подозрение, ревность, ненависть. Лицо Джема слегка побагровело, и сам он, казалось, слегка вздрагивал, словно закипающий чайник.
Джем не понравился ему с первого взгляда, но Харт чувствовал, что виноват перед ним.
– Примите мои соболезнования, – сказал он. – Для вас это тяжелая потеря…
– Краснокожий сукин сын! – прорычал Джем, бросаясь на него.

Нападение было настолько внезапным, что застало всех врасплох, хотя Харт мог бы его предвидеть, если бы правильно оценил силу скрытого гнева Джема. Сам он никогда не напрашивался на неприятности, но и не бегал от них, однако весь опыт множества кулачных боев, в которых ему приходилось участвовать, ему не помог. Он не заметил надвигающейся опасности и оказался совершенно не подготовлен к тому, что произошло в следующие несколько секунд.
Мелина и Берчмен завопили. Лоусон с неожиданным для его габаритов проворством перемахнул через стол и, схватив Хеннингса за плечо, попытался оторвать его от Харта, но тот продолжал в слепой ярости наносить удар за ударом. Несколько ударов Харту удалось отбить, но самый первый – и самый сильный – пришелся в скулу. Он рассек кожу, и этого хватило, чтобы Харт почувствовал ответную злость. Выбрав момент, он попытался ударить противника в челюсть, но за мгновение до этого Лоусон дернул Хеннингса назад, и удар пришелся в пустоту.
– Прекратить! – взревел