Та, которой не стало

удивив самого Харта. Вероятно, он был расстроен и сбит с толку куда сильнее, чем готов был признаться даже самому себе. Бросив взгляд на Мелину, он увидел, что она пристально за ним наблюдает, словно пытается прочесть его мысли.
– Присядьте, полковник, и расскажите, как прошел ваш вчерашний вечер. – Лоусон указал ему на отвратительно жесткий стул, и Харт опустился на него, испытывая при этом чуть ли не облегчение.
– Что вы хотите узнать? – устало спросил он, отклонив еще одно предложение позвать врача.
– Прежде чем вы начнете, я хотел бы перекинуться парой слов с моим клиентом, – неожиданно вмешался Берчмен. – Дело в том, детектив, что мы не успели провести никаких предварительных консультаций. Я настаиваю на своем праве поговорить с мистером Хартом сейчас, до того как он начнет отвечать на ваши вопросы.
Лоусон немного подумал, потом слегка пожал плечами.
– Разумеется, мистер Берчмен. Думаю, небольшой перерыв пойдет нам всем только на пользу. Хеннингс, Мелина, идемте… – Он махнул рукой в сторону двери, и все трое вышли в коридор, а Берчмен придвинул свой стул к стулу Харта.
– Как ваша щека? – спросил он, испытующе глядя на него.
– Ничего, жить буду. Что вы хотели со мной обсудить?
Адвокат напустил на себя обиженный вид.
– Я не советую вам портить со мной отношения, полковник Харт. Быть может, в своей области вы большая шишка, но смею вас заверить: во всем, что касается законов, я собаку съел. Вы летали в космос и были в НАСА своего рода любимчиком, которому все позволено. Ну, может быть, и не все, но…
– Нельзя ли ближе к делу, Берчмен?
– Куда уж ближе… – Адвокат театрально вздохнул. – На случай, если вы еще не поняли, Харт, я объясню. НАСА очень не понравится, если один из ее астронавтов вляпается в дерьмо!
Прямота адвоката удивила Харта. Он не ожидал, что такой рафинированный тип, как Берчмен, способен употреблять подобные выражения. Сам он привык к тому, что военные частенько употребляют крепкие словечки, однако в устах адвоката они звучали достаточно шокирующе, но именно поэтому были особенно убедительны. Очевидно, Берчмен стремился таким образом привлечь его внимание, и, надо сказать, подобная стратегия увенчалась полным успехом – Харт стал слушать внимательно.
– Говорите, – сказал он.
– Так вот, Харт, вы и сами понимаете, что астронавт НАСА должен быть чист, как стеклышко. Так всегда было и всегда будет. Разумеется, за всю историю существования НАСА было несколько отщепенцев, которые не соответствовали этому светлому образу, однако об их выходках широкая публика так и не узнала.
Харт счел за благо удержаться от ядовитого замечания.
– Прежде чем отправиться сюда, – продолжал адвокат, – я заглянул в ваше личное дело. Судя по тем документам, с которыми я успел познакомиться, у вас безупречный послужной список. Вас одинаково любит и начальство, и ваши подчиненные, как мужчины, так и женщины. Вы достаточно вспыльчивы, но отходчивы и всегда готовы признать свою ошибку и извиниться.
– Не продолжайте, Берчмен, иначе я покраснею.
Это не особенно умное замечание заставило адвоката слегка нахмуриться, однако, судя по всему, он был не склонен отвлекаться на пустяки.
– Вы придерживаетесь традиционной сексуальной ориентации; женаты никогда не были, но свои романы и интрижки – а, по слухам, их у вас было множество – вы предпочитаете хранить в тайне. Фигурально выражаясь, самый длинный роман у вас был с прессой, которая с самого начала относилась к вам благосклонно. Каждый раз, когда вы с вашей голливудской внешностью, врожденным обаянием и хорошо подвешенным языком появляетесь на телевидении, НАСА начинает пускать слюни умиления. На данный момент вы являетесь фактически «лицом» этой организации, и, если завтра в НАСА начнут вербовать, как в армию, я готов поставить сто тысяч долларов, что угадаю с первого раза, чье лицо будет красоваться на рекламных плакатах. Но это я так, к слову… Суть же в том, что благодаря вам авторитет НАСА в обществе необычайно высок. Подобное положение НАСА вполне устраивает, так как в противном случае налогоплательщики в лице своих представителей в конгрессе начнут решительно возражать против увеличения бюджетных ассигнований на дальнейшее развертывание космической программы. А всем конгрессменам хочется быть избранными на второй срок, поэтому они живо найдут, куда пустить эти денежки. Существуют и другие программы, способные принести их сторонникам немалые политические дивиденды, например, программа по строительству домов для бездомных или программа по спасению калифорнийских мамонтовых деревьев…
– Вполне согласен с вами, мистер Берчмен, – заявил на это Харт, – но все это не имеет ко мне