Героям истории было не легко дойти до плато Дальнего Таганая, до Метеостанции, где живые люди держат осаду в окружении мертвецов. Но они справились. И в город наверняка смогут вернуться, и выведут с собою спасённых… Или не смогут, не выведут? Ведь в полном согласии с теорией ведущего специалиста по «живым мертвецам» (покойся с миром, Андрей Круз!
Авторы: Рыбак и Артель
постойте! Вы не спешите горевать по Интернету. Ведь не факт, что в Техасе, в Огайо и в Йеле в университетах всё ещё работают исследователи.
– Вы хотите сказать…
– …Что этих, в Йеле – уже съели. Простите за каламбур. Просто я слушал и западные радиостанции – поверьте, там всё очень плохо. Хуже, чем у нас. Не зря же американцы сами, первыми, бомбили тактическими зарядами собственные города. Там – ад.
– Да. Возможно, что вы правы. Я как-то не подумал об этом. Но тогда – всё совсем плохо.
– Почему?
– Да потому, что если этот инфекционный агент рукотворный – только его создатели могли бы помочь нам бороться с ним! Более того, я уже говорил, кажется, и я по-прежнему считаю: никто не стал бы выпускать эпидемию на волю, не имея готовых вакцин… или каких-то других препаратов, лекарств против инфекции…
– А теперь, когда в Штатах ад – всё пропало? Вы это хотите сказать?
– Да. Боюсь, что так. Наши «неизвестные отцы» всегда отличались умением наломать дров…
– Андрей Геннадьевич, давайте пока не будем трогать политику. Лучше ещё о спонтанном обращении. Как вы сказали, по-латыни это называется?
– «Subita conversio». Это не я придумал термин, это нам из Минздрава анкетку прислали, запросили отчёт – сколько случаев таких регистрировалось.
– Так у вас, значит, с Минздравом есть связь?
– С местным, который в Челябинске. Сейчас же в каждой области – свои «министерства». Раньше они назывались «облздравом». Но не суть, эта бюрократия неистребима. Для нас важно другое – каков механизм этого спонтанного conversio?
– Ну вы же сами сказали, что очень многое указывает в пользу вирусной гипотезы, так? Значит, в основе спонтанного обращения – может быть заражение вирусом?
– Может. Тем более, что надо понимать: заражение прионами происходит обычно либо через кровь, либо перорально, с пищей. Грубо: надо съесть заражённую плоть или перелить кровь. Воздушно капельный путь – под сомнением. Были опыты в 2011 году, но только на мышах. Вроде бы удалось мышек заразить прионами в виде аэрозоля. Но вот вирус – им же намного проще заразить… Как распространяется грипп – думаю, не надо вам объяснять.
– Не надо. Я понял.
– Ну и последнее. Мутации. Вот та самая болезнь Крейтцфельдта-Якоба – она, в частности, может возникать спонтанно. Ни с того, ни с сего клетки мозга претерпевают соматическую мутацию – и начинают производить «неправильный» белок. Причины мутации до сих пор неизвестны. Но надо понимать, что мутация эта редчайшая, как и сама болезнь. Один-два случая на миллион населения!
– Эту болезнь можно как-то диагностировать?
– Только на поздних стадиях. На МРТ будут видны характерные структуры, похожие на соты. Но к моменту появления таких структур – больной уже, простите, в полном маразме… Ну и ещё люмбальная пункция, анализ ликвора на белок. Но, повторюсь, это всё становится ясно уже в терминальной стадии болезни. А начинается всё с лёгкой депрессии, с ухудшения когнитивных функций… Мало ли, с кем не бывает, правда? Не все вокруг блещут интеллектом. Что же, у каждого дурачка подозревать Крейтцфельдта-Якоба?
– Я понял. Андрей, подождёте одну минуту? Вон идут мои товарищи, я быстро решу с ними насчёт моего ночлега у вас в больнице, и с удовольствием вернусь к нашему интереснейшему разговору.
Мы с Виктором долго стояли без слов на пороге больничной палаты. Не хотелось мешать этой встрече друзей-однополчан. Михаил Борисович (егерь) не говорил нам раньше, что он служил вместе с Иваном Павловичем (Лесником) на таджикско-афганской границе, ещё в начале девяностых. Знаменитый 117-й Краснознамённый Московский погранотряд…
Правда, служили они не на той, вошедшей навеки в историю, 12-й пограничной заставе, что приняла неравный бой. На другой служили, неподалёку. Но вот ведь судьба: от пули душманской уберегла тогда, но не спасла от живых мертвецов спустя через четверть века. Никогда не знаешь, где и когда…
– Ну, что стоите? – через некоторое время Лесник обратил внимание и на нас. – В ногах правды нет. Занимайте стулья, а ты Миша, тут, на койке присядь. Разговор, я полагаю, будет долгий.
И действительно. Примерно час нам понадобился для того, чтобы дать полный отчёт о событиях последней недели. Но, вроде бы, не упустили ничего. Ведь последний раз с Лесником мы виделись в Белом ключе, в самом начале рейда на Таганай. Да и последний успешный сеанс связи – тоже был давным-давно, на северной вершине Двуглавой, у Горячего ключа… В общем, было о чём рассказать.
Наконец закончили: всё доложили, в полном объёме и до последней запятой. И кажется, Лесник наш доклад в целом одобрил.
– Ну
