Героям истории было не легко дойти до плато Дальнего Таганая, до Метеостанции, где живые люди держат осаду в окружении мертвецов. Но они справились. И в город наверняка смогут вернуться, и выведут с собою спасённых… Или не смогут, не выведут? Ведь в полном согласии с теорией ведущего специалиста по «живым мертвецам» (покойся с миром, Андрей Круз!
Авторы: Рыбак и Артель
одного из домов стоял грузовик. Кажется, старый ЗИЛ «сто тридцать первый» – военного вида, цвета хаки, бортовой, трехосный. Вокруг машины суетились люди, что-то грузили в кузов.
Тут надо сделать одно пояснение: этот район, до которого мы не добирались раньше, начинался за Гостиницей, чуть в стороне и на самом краю города. На отшибе. Глядя на карту, можно было решить, что это ещё одно дачное товарищество, но нет. Домики были не дачные, а очень даже капитальные, довольно свежей постройки. Основательные такие, двухэтажные, белого и красного кирпича. И в то же время – без вычурности, присущей загородным резиденциям «олигархов» местного разлива… Помните, мы утром проходили мимо красивых и пустых домиков с башенками, эркерами, с коваными ажурными заборчиками? Вот здесь ничем подобным и не пахло. Архитектура простая, и заборы нормальные, сплошняком. И вместо ландшафтного дизайна – на участках теплицы. Короче видно: люди тут живут простые, пусть даже и зажиточные. Основательные, так скажем. И вот этих людей, сейчас, кажется, грабили. Ничем другим я бы не смог объяснить ту суету возле грузовика. Видно же, что не переезд на городскую квартиру.
Вы можете спросить – почему я решил, что это не переезд? Всё просто. Люди при переезде обычно стараются не ломать мебель и технику. И уж тем более – не убивают своих собак. А тут – я разглядел – это было. Возле грузовика лежал в грязи здоровенный плоский телевизор. Как будто его вытащили из дома, хотели загрузить, да потом просто плюнули на это дело. Тяжёлый ведь, да и зачем он нужен, верно? Ещё какие-то тумбочки и стулья постигла та же судьба: из дома вынесли, а грузить передумали, бросили. Ну и собака… Здоровенный белый алабай – чуть в стороне, в луже свежей крови. Убили недавно.
Ну и ещё: кто вообще додумается в такое смутное время куда-то переезжать из крепкого дома в посёлке на отшибе? Здесь, вообще-то, место самое безопасное в плане от зомби отсидеться… Но – не от людей.
И последнее: грузчики при переезде обычно бывают без автоматов. А тут были с.
Пишу я это всё долго (разумеется, уже после всех событий, в лагере, для отчёта, в ожидании перевязки). Но в тот момент все эти мысли пронеслись в голове за какую-то секунду. Собственно, и надо было быстрее решать, как быть. Ехать дальше, навстречу приключениям, или разворачиваться?
Я огляделся. А разворачиваться-то здесь и негде. Справа канава, и за ней пустырь заросший. Квадрики тут может ещё и проскочат, но машины вряд ли… Дефендер может попробовать, а «четвёрка» – без вариантов. А там на пустыре ещё и плиты бетонные свалены: то ли строить собрались, то ли наоборот, разобрали «панельку»… Нет, тут точно застрянем. А слева? Там дома и заборы вплотную к дороге. Сходу не развернуться, пока туда, пока сюда… А от грузовика на нас уже недобро смотрели бородатые люди с «Калашниковыми». Длинные такие автоматы, что в войсках называют «весло». Не складные «коротыши».
Из рации раздаётся сухой голос Соседа:
– Движемся дальше с той же скоростью. Полное внимание. Оружие наготове, но пока лучше не светить… Пробуем спокойно проехать мимо, разворачиваться всё равно негде. Ну а если будет горячо… Тогда стрелять по готовности, без команды.
Хорошо, однако, «стрелять без команды», когда у тебя ружьё или карабин на груди! А я-то сейчас водитель. У меня и «Хатсан», и СКС – всё пристёгнуто на багажной площадке. За спиной, правда, Владимир. С «Муркой». И он тоже всё это слышал.
– Ты готов? – спрашиваю его.
– Готов. – отвечает он, тихо щёлкая предохранителем. А патрон уже в патроннике, я знаю.
Наша колонна медленно идёт на сближение с ЗИЛом. Бородачи прекратили свои погрузочные работы, пялятся. Ага, а автоматы только у двоих! Третий и без «весла», и без бороды. Так, поросль на щеках. А на поясе, вижу, нож здоровенный. Молодой, до огнестрела не дорос? Зато двое с «калашами» – эти постарше, крепкие. У одного автомат закинут за спину, чтобы не мешал погрузке. У другого уже в руках – он его снял с плеча, завидев нас, но пока не направляет в нашу сторону. Так уверен в себе?
Мы приближаемся. Мимо ЗИЛа можно протиснуться. Если не остановят.
Когда между нами остаётся метров пятнадцать, бородач поднимает автомат одной рукой, стволом к небу. Другой рукой он делает общепонятный жест – «стой!»
– Эй, ти кто? Куда эдем?
Я не собираюсь выступать в роли переговорщика. Этим пусть занимаются Сосед с Рыбаком. Они старые и опытные. Умеют. А мне бы момент улучить, чтобы меня не видно было. Мне бы до ружья дотянуться. Поэтому я медленно заруливаю за тушу Дефендера. Авось не заметят.
Слышу гортанные голоса. Им отвечает Сосед. Примерно в таком духе: «Не местные мы, с рынка едем, домой, в Карабаш. Накупили тут всего, возвращаемся. У нас голодно.» Спокойно
