Героям истории было не легко дойти до плато Дальнего Таганая, до Метеостанции, где живые люди держат осаду в окружении мертвецов. Но они справились. И в город наверняка смогут вернуться, и выведут с собою спасённых… Или не смогут, не выведут? Ведь в полном согласии с теорией ведущего специалиста по «живым мертвецам» (покойся с миром, Андрей Круз!
Авторы: Рыбак и Артель
недоверчивого абрека причудливо украсили входную дверь разграбленного дома. На удивление – брызги мозговой ткани не буро-зелёные, как мы привыкли, а красно-белые. Надо же! Я впервые вижу вблизи, как стреляют в голову человеку, а не зомби!
– Азунга чичайм! – выкрикивает Рыбак, явно что-то нехорошее. Не иначе, требует сатисфакции за свой провал на ниве языкознания. Он уже успел надеть очки, в которых выглядит как всегда – интеллигентом с юга, но никак не шейхом. Зато в очках, как обычно, он не промахивается. Грохочет помпа, падает ещё один бандит, подраненный уже кем-то и запутавшийся в ремне своего «Калашникова».
Ну и я со своим «Хатсаном» успеваю снять последнего – того, молодого, безбородого, с тесаком. Он пытался поднять оброненный бородачом автомат… Но не успел. Я быстрее.
Вот и всё. Сосед с Владом делают «контроль». Минус пять бандитов, плюс три автомата, грузовик «ЗИЛ», наполовину загруженный награбленным. И девочка лет двенадцати. Ребёнок плачет, у неё психический шок. За убитую семью мы отомстили, но легче никому не стало, конечно. Ладно, заберём с собой, там видно будет. Девочку сажают в Дефендер. За ЗИЛом мы вернёмся, наверное, позже. Ах, да! У меня, оказывается, кровь на левой руке. Мелочь, царапина. Даже не пойму – когда и чем зацепило. Наверное, рикошет.
ЗИЛа я всё-таки решил забрать сразу. Объясню почему.
Во-первых, ехать на Базу, а потом возвращаться за грузовиком – банально лень. Уж если доедем «домой», потом будет трудно заставить себя и людей снова куда-то мотаться.
Во-вторых, трупы. Тем, что во дворе, мы «контроль» сделали. Но в доме, похоже, ещё как минимум два тела. Не хочется этим заниматься, но надо. Нечего плодить новых зомби. И нечего оставлять пищу морфам. Поэтому лучше сразу забрать тела, погрузить в кузов ЗИЛа, да отвезти на полигон. Тем более – нам же всё равно надо туда Машу отвезти, чтобы посмотрела лейтенанта.
Ну и последнее. Хорошая машина этот ЗИЛ. Проходимая. Да ещё и с лебёдкой. Нам бы в самый раз такой. Что-то мне не хочется такую ценность тут оставлять. Райончик ещё этот, куркульский… Я же видел краем глаза, как занавески в соседних домах шевелятся. Есть там люди, затихарились просто. Тут их же соседей грабят и убивают – и ведь ни одна падла не вышла помочь… Нет, таким гадам я ничего не оставлю.
Прямо скажу – можно бы даже и трупы здесь бросить. Пусть оборачиваются, пусть ходят по району и жрут всех… Местные заслужили. Но просто мы – не такие. Раз уж пришлось тут встрять в чужие разборки, надо за собой дочистить. А местным – хрен без соли! И уж тем более – хрен им, а не ЗИЛ.
Эх, жаль только, что ЗИЛ бензиновый. И жрёт как не в себя – почти сорок на сто. Ладно. Пока в баках ещё плещется, покатаемся сегодня-завтра. А там, может, вокзальным оставим такое счастье. У них-то бензин есть… Кстати! А зачем просто так оставлять хороший аппарат? Его же сменять можно! Подумаем до завтра – что бы нам за ЗИЛа выменять…
А пока – закидали в кузов тела застреленных абреков. И мальчика-зомби положили. И собаку тоже. Хорошо, что девочка не видит – она в нашей машине. Радомир её успокаивает, он умеет. А мы пока в дом заглянем. Надо забрать тела родителей. Только «поросёнка» дозарядить. И «мурку».
В доме тихо. Пахнет порохом, кровью и ацетоном. Как это всё знакомо… Мы уже привыкли.
Нападавшие явно шли сюда по наводке: дом не бедный. Высокий цокольный этаж – наверняка и подвал есть. Потолки тоже высокие, на первом этаже большой холл, переходящий в кухню. Здесь разгром: раскрытые двери здоровенного холодильника и шкафчиков показывают пустое нутро. Значит, провиант уже выгребли. Он, скорее всего, в тех мешках и коробках – в кузове ЗИЛа. Но подвал мы всё равно проверим.
– Влад, Денис! В подвал найдите вход! – кричу я назад.
– Денис руку поранил. Мария обрабатывает. – отвечает из-за спины Владимир.
– Тогда Виталия возьми и Рыбака. Гляньте там, только осторожно. А я на второй этаж поднимусь.
Какое-то чутьё мне подсказало – одному на второй подняться. Не знаю, почему так решил. Но не ошибся. То, что я там увидел в детской комнате – никому бы видеть не пожелал.
Они убили всю семью, кроме той девочки: мужа, жену, и мальчишку. Но не стреляли – то ли патроны экономили, то ли шуметь не хотели. Поэтому резали. Над бабой сначала надругались. А мужика, наверное, убили последним. Сперва привязали за руки и за шею к детской игровой стеночке – чтобы смотрел. Ничем другим я не могу объяснить то выражение, которое застыло на лице свежего, едва посиневшего зомби. «Синяк» не мог меня достать, но тянулся всем телом. Ненависть, страдание и жажда крови – вот что я видел в его расширенных зрачках.
