Героям истории было не легко дойти до плато Дальнего Таганая, до Метеостанции, где живые люди держат осаду в окружении мертвецов. Но они справились. И в город наверняка смогут вернуться, и выведут с собою спасённых… Или не смогут, не выведут? Ведь в полном согласии с теорией ведущего специалиста по «живым мертвецам» (покойся с миром, Андрей Круз!
Авторы: Рыбак и Артель
– сказал Сосед. – Сан Саныч, со мной пойдёшь в караул?
– Хоть в разведку. – пробасил «Саша с Уралмаша».
– Я быть sentry. – влез в разговор датчанин. Уже и по-русски начал, хоть чуток! Однако, прогресс.
– Вот, молодец. – хлопнул его по плечу Владимир. – С нами в смену давай. Фром миднайт ту ту о`клок.
– «Ту ти ту ту ту!» – рассмеялся Рыбак, вспомнив древнюю шутку про «Два чая в двадцать второй номер».
– Не, ну а как ещё сказать-то, что с ноля до двух часов? – запротестовал Влад.
– Да, всё верно, так и есть. Думаю, он из контекста поймёт. Раз уж догадался, что мы смены делим. А там заодно и ещё его подучите. Как будет «часовой», как «стой, кто идёт»… Лишь бы не как в том анекдоте про нерусского бойца на посту: «– Стой, стырелять буду! – Стою! – Стыреляю!»
– Так, хорошо. Значит, шведа берёте в свою смену. – Виктор вернул разговор в деловое русло. – Кто у нас ещё остаётся свободный? Ильич, Степан Иваныч, Виталий…
– На меня, как на стрелка, не рассчитывайте. – вставил своё слово Сергей, хотя его пока даже и не рассматривали как часового. – С моим-то зрением «минус шесть»… А вот посидеть за компанию с вами «на фишке» – это я могу, даже с удовольствием. Так что меня пишите в график.
На том и порешили. В итоге – мы с девчатами отправились отдыхать, а мужики засели дальше, делить смены. Ну и ещё по стаканчику «егермейстера». Куда ж без этого!
Мне выпала смена до полуночи, вместе с Виталием и Сергеем. Ну, Виталий – молчун известный. Его не очень-то разговоришь. Сидит себе на вышке, озирает периметр. Тут горочка такая, детская, имеется. Вот она как раз в качестве наблюдательного пункта у нас. Удобно, кстати. И крыша над головой, хоть какая-то.
А что касается Серёги – то это интересный тип. Поначалу мне показалось было, что он тоже как-то не слишком общителен: отвечал односложно, от предложения помочь – отказался… Но то, видимо, было первое и ошибочное впечатление. Или может, слишком много новых людей сразу оказалось вокруг – для него, столько дней выживавшего в одиночку? Но, в общем, как заступили мы на пост, Сергей себя показал нормальным товарищем. Мы с ним сразу костерком занялись, развели на всех троих кипятка с бульонными кубиками, чтобы дежурилось теплей и сытней… Ну и полезли на вышку – смотреть по сторонам и общаться.
И тут оказалось, что наш новый знакомец – неплохой рассказчик.
– А из вас кто-нибудь бывал у нас, на Кольском? – спросил он.
Мы с Виталием ответили – что нет, не довелось. Ну я, правда, в Карелии бывал и в Архангельской области. Но то, всё же, чуть южнее. Да и бывал я так… по работе, не туристом.
– Красиво у нас. – мечтательно сказал Серый. – Холодновато, конечно. И всё немножко не так, как здесь. Вообще, не как на Юге.
– Ну ты сказал. – даже Виталий нашёл слова, чтобы возмутиться. – У нас какой же Юг? Тут Урал.
– Понимаю. Но для меня – всё равно Юг. У нас – Север. Всё другое. Камни, вода, небо… Вот у вас, даже на Урале – небо летом чёрное. Звёзды есть, если погода ясная. У нас же – нет звёзд на чёрном небе! Только мгла цвета пепла… И сумерек нет. Совсем. Зато как играет солнце – если оно, конечно, выглянет! – на глади северных озёр! А озёра у нас волшебные. Не в смысле эпитета говорю – что, мол, красивые. Нет. Реально, чудеса творятся порой.
– А расскажи! – попытался подначить я.
– А легко! – завёлся он. – Есть у нас такое озеро, называется Ловозеро. Ловъяврь по-саамски. Озеро большое, известное. Там ещё сто лет назад Гиперборею искали. И рядом с Ловозером поменьше есть – Сейдозеро. Но про сейды надо сперва отдельно сказать два слова. Слыхали вообще, что это такое – «сейды»?
Нам с Виталием пришлось признать, что про это самое мы не слыхали.
– Сейды, это вроде как священные места у лопарей. То есть, у саамов. Обычно сейд – артефакт из камней, типа пирамиды. Или скалы такие на подставках – «каменных ножках». Представь себе глыбу гранита тонн в двадцать весом, и покоится она на трех камушках с мячик размером. Есть мнение научное, будто это ледник, отступая, так аккуратно скалу положил.
– Тогда почему говоришь «артефакт»? – спросил я. – Артефакт это то, что руками сделано, дословно с латыни так. Короче – искусственный объект.
– Так я ж не говорю, что научное объяснение верное! Сам подумай – ну какова вероятность, что огромная каменюка так ловко уляжется? Тем более, что бывают и такие сейды, которые вообще на двух точках балансируют… Нет, это надо видеть, так не объяснишь. Скажу так: представь, что кирпич стоит на двух горошинах. Теперь мысленно увеличь размеры тысячу раз. Ну и ещё – учти, что кирпич стоит на ребре, под таким углом – кажется, пальцем ткни, свалится!.. А он стоит так уже десять тысяч лет,
