Героям истории было не легко дойти до плато Дальнего Таганая, до Метеостанции, где живые люди держат осаду в окружении мертвецов. Но они справились. И в город наверняка смогут вернуться, и выведут с собою спасённых… Или не смогут, не выведут? Ведь в полном согласии с теорией ведущего специалиста по «живым мертвецам» (покойся с миром, Андрей Круз!
Авторы: Рыбак и Артель
ему нафиг не сдались. Идёшь по лесу – песни пой, чтобы Хозяин тебя издали услышал. А то подкрадёшься тихонько – не пеняй потом, что мишка нервный! А уж если вдруг встретились – главное, не поворачивайся спиной и не беги. Просто отойди в сторону, без резких движений. Ну или если вдруг встретишь в кустах свежие медвежьи какашки, то просто лучше дай крюка по открытой местности (позже мы так и сделали в Чивруайском ущелье). Но это я вперёд забегаю…
А пока – шли ровно. Мошки не много было, ветерок её сносил. Да у нас и «Москитол» всякий, и шляпы с накомарниками были. Мошка у нас, кстати, лютая. Пожалуй, пострашней медведя будет!
Перевал прошли, гору Эльморайок оставили по левую руку. Сотовая связь за перевалом – всё, пропала совсем.
– Эльморайок… – Ильич повторил название горы. Видно, слово ему понравилось. – Красивые названия у вас там. Тоже эльфийские?
– Саамские. Правильно звучать должно «Алльмраййк-ёгк», это значит: перевал метельной горы. А сама метельная гора (от нас слева она была, к северу), «Алльмраййкчоар».
– Круто! Я точно не выговорю.
– Но обычно гору тоже называют Эльморайок. Или ещё «Воронья гора», по-саамски «Карнасурт» – легенда есть у саами, про ворона. Ну и есть народное название, русское. Но оно вам не понравится.
– Да ладно! Говори!
– Ладно. Скажу. «Машкина жопа». Но вот почему так зовут – не ведаю. Туристы назвали, наверное… Или геологи. И те и другие – народ такой, специфичный. И шутки у них… Типа: «Как пройти на Сейдозеро? А Куйво знает!»…
Куйво – означает «Старик», я говорил уже – фигура на этой горе. Тоже полно легенд про него. Но если я ещё саамские сказки начну пересказывать, то мы до утра не закончим. А я про случай хотел рассказать.
– Да, давай уже, ближе к телу!
– Уговорил! Короче: я же не зря с того начал, что места эти издавна почитались священными. Место силы – так ещё говорят. Я материалист до мозга костей, ни в какую эзотерику не верил никогда, и не верю даже теперь. Но, вот честно скажу: как перевал мы перешли, так и появилось у меня настойчивое ощущение взгляда в спину. Неуютное такое чувство, понимаешь? Но я, как материалист, значения этому не придавал.
Спустились мы к озеру, полюбовались на фигуру Куйво, что на скале. Перешли по мостику через ручей на южный берег озера – и потопали дальше. Из живности встречали только куропаток да зайцев. Медвежий помёт свежий увидели в одном месте – обошли сторонкой.
В планах у нас было дойти до ущелья Чивруай («галечный ручей», значит), и по этому самому ручью подняться до избушки, где и переночевать. Никто из нас раньше там не был. Вся информация – из Интернета, из путеводителей. Примерно так: «Ущелье тянется от Сейдозера на юг. В его глубине стоит старая уютная изба, построенная в 1970-х годах архангельскими туристами в память о двух погибших здесь товарищах.»
– А от чего погибли туристы? – спросил Ильич.
– Представь себе – я не знаю! В Интернете об этом – ни слова. Про другие трагические истории намного больше информации.
– А были и другие?
– Конечно. И не мало. Это же Север. Мы за Полярным кругом, вообще-то. Здесь природа не прощает разгильдяйства. И даже странно, что на Материке про эти случаи почти не знают. Вот взять историю со студентами из куйбышевского авиационного, в 1973-м… ещё называли: «Чивруайская трагедия».
Десять человек тогда замёрзли насмерть – куда там группе Дятлова, про которую столько пишут! Но здесь просто загадок особых не было – январь, мороз под минус тридцать, и ветер сильный. Хотя… одна загадка всё же осталась – что вообще погнало опытных туристов из ущелья вверх, на плато, где ветер валит с ног?
Ещё знаю много случаев – от пятидесятых годов до наших дней. Например, опытные альпинисты погибли при попытке восхождения на Ангвундасчорр. Причём, товарищи погибших бежали из долины, бросив там трупы и все свое снаряжение. Внятно объяснить этот постыдный поступок не смогли. Из того, что я читал: говорили о внезапно охватившем их чувстве дикого ужаса… Ну мистика же. А я в неё не верю.
Или вот недавно совсем, в 2017-м году. Там же, у Сейдозера нашли брошенные палатки. Вокруг первой были разбросаны вещи: одежда, обувь, котелки, миски. А людей не было. И это совсем рядом с той тропой, где мы шли. Потом ещё вторую палатку нашли в этом же районе: сама палатка разгромлена, и тоже вещи разбросаны, еда на двоих… Сапоги порванные почему-то. И никаких признаков людей.
– Потом-то хоть нашли кого?
– Представь – нет! Не нашли. Ни крови, ни следов…
– Может, они как раз дядь Мишу повстречали? – спросил Виталий. Первый раз за смену голос подал.
– Может и так. Но почему тогда нет крови? И кости остаться должны. Однако – не нашли. Одно скажу. Повторю. Я в мистику
