Таинство

рассказать им о том, что произошло в больнице, на тот случай, если Стип станет их искать. Вернувшись в гостиную, Уилл обнаружил, что Адель разговаривает по телефону — с викарием, решил он. Дожидаясь конца разговора, он взвешивал, что лучше: поговорить с Каннингхэмами по телефону или идти в деревню и разговаривать лицом к лицу. Когда Адель закончила, он уже принял решение. О таких вещах не говорят по телефону — он пойдет в деревню.
Адель сказала, что похороны назначены на половину третьего в пятницу — через четыре дня. Теперь, зная время похорон, она могла подумать о цветах, машинах и еде. Адель уже составила список тех, кого собиралась пригласить. Не хочет ли Уилл добавить кого-нибудь? Он сказал, что не сомневается: она пригласила всех, кого нужно, и если она будет заниматься делами, то он хочет на часок-другой сходить в деревню.
— А пока меня нет, я прошу вас запирать дверь, — сказал он ей.
— Зачем?
— Не хочу, чтобы в дом проникли… посторонние.
— Я тут всех знаю, — беспечно сказала Адель и, увидев, что это его не убедило, добавила: — А что тебя беспокоит?
Он предвидел этот вопрос и приготовил жалкую ложь. Он слышал, как в больнице две сестры говорили о каком-то человеке, который обманными разговорами проникает в чужие дома. Он описал Стипа, хотя и в самых общих чертах, чтобы не вызвать у нее подозрений. Уилл не был уверен, что убедил ее, но это не имело значения: если удалось посеять в ней достаточные опасения, чтобы, увидев Стипа, она не впустила его в дом, это его уже устраивало.

Он не пошел прямо в дом Каннингхэмов — заглянул в газетный киоск, чтобы купить сигареты. Пока Уилл разбирал бумаги в кабинете, Адель успела поговорить еще с кем-то, кроме викария, потому что мисс Моррис уже знала о кончине Хьюго.
— Он был превосходный человек, — сказала она. — Когда похороны?
Он сказал: в пятницу.
— Я закрою киоск. Хочу отдать последний долг. Его будет не хватать здесь, вашего отца.
Фрэнни была дома, занята по хозяйству: фартук, волосы кое-как подколоты, в руке тряпка и аэрозоль с полиролью. Она с обычной теплотой встретила Уилла, пригласила в дом, предложила кофе. Он отказался.
— Мне нужно поговорить с вами обоими, — сказал он. — Где Шервуд?
— Его нет, — ответила она. — Исчез сегодня рано утром, я еще спала.
— Такого раньше не было?
— Случалось, когда он неважно себя чувствовал. Он уходит на холмы, пропадает там целыми днями — просто гуляет. А что? Что-то случилось?
— Боюсь, много чего. Ты не присядешь?
— Что, так плохо?
— Не знаю пока, плохо ли, хорошо, — сказал он.
Фрэнни сняла передник, и они сели в кресла у холодного камина.
— Постараюсь как можно короче. — И Уилл уложил в пятиминутный рассказ все события, произошедшие в больнице.
Она коротко выразила соболезнование, узнав о смерти Хьюго, а потом молча слушала, пока он не дошел до того, какое впечатление произвело на Розу и Джекоба имя Рукенау.
— Я помню это имя, — сказала Фрэнни. — Оно есть в книге. Рукенау нанял Томаса Симеона. Но какое это имеет отношение к счастливой парочке?
— Они больше уже не счастливая парочка. — Уилл досказал оставшуюся часть истории.
Выражение ее лица с каждой минутой становилось все удивленнее.
— Он ее убил? — спросила она.
— Не знаю, мертва она или нет. Но если не мертва, это чудо.
— Боже мой. Что же теперь будет?
— Вообще-то Стип наверняка хочет закончить то, что начал. Он может дождаться темноты, может…
— Просто постучать в дверь.
Уилл кивнул.
— Ты должна взять самое необходимое и быть готовой к отъезду, как только появится Шервуд.
— Думаешь, Стип придет сюда?
— Может быть. Он уже был здесь прежде.
Фрэнни бросила взгляд на входную дверь.
— О да… — вполголоса сказала она. — Мне это все еще снится. Отец в кухне. Шер на лестнице, а у меня в руках книга, которую я не хочу отдавать…
За последние минуты она заметно побледнела.
— У меня нехорошее предчувствие, Уилл. По поводу Шервуда.
Она поднялась и сплела пальцы.
— Что, если он с ними?
— Почему ты так думаешь?
— Потому что он так и не забыл Розу. Да что там — он все это время думал о ней, я абсолютно уверена. Он признался всего раз или два, но она никогда не выходила у него из головы.
— Тем больше причин собраться и быть готовыми к отъезду, — сказал Уилл, вставая. — Я хочу, чтобы мы уехали, как только появится Шервуд.
Она направилась — Уилл за ней — в холл.
— Ты говорил, что не уверен, плохие это новости или хорошие, —