Осень — время желтых листьев, горьковатых запахов костра и утренних холодных туманов. Осень — время придурковатых котов, неадекватных подруг и странных мужчин. Осень — время загадочных поездок, новых встреч со старыми знакомыми и красивой любви.
Авторы: Васина Екатерина
факт, что только сигареты.
— Не факт, — согласился парень. Аня скосила взгляд на его руку, которой он оперся о стену рядом с ее головой. Сухо зашуршали плети вьюнка. — Только все меняется, знаешь ли, в том числе и люди.
— Ты перешел на более сильные наркотики?
— Дурочка, — Кир не сводил взгляда светло-карих, почти желтых глаз, с девушки. Та ежилась и спиной пыталась протереть дыру в стене. — Я же прилетел сюда, к тебе. Чему ты не рада?
Вторая его рука опустилась на стену с другой стороны головы девушки. Аня почувствовала себя в западне и мысленно застонала. Кир, конечно, симпатичный, он и тогда ей нравился, иначе не пошла бы на свидание. Но кем он, черт возьми, себя возомнил?
— Чему радоваться? Моего мнения ты вообще не спрашивал.
— Так то был сюрприз. Вы же любите сюрпризы с романтическим подтекстом?
— Кто мы? — слегка озверела от такого напора девушка. — Ты меня под всех своих девок не равняй! И вообще, я замужем!
Вот теперь Кира она задела. Парень прекратил зажимать ее в «романтические клещи» и, скрестив руки на груди, смерив Аню несколько раздраженным взглядом:
— Да ты что? Холоднов Константин Анатольевич, двадцати пяти лет, окончил Литературный Институт, кафедру литературного мастерства. Работал в городском архиве, откуда через полгода уволился по собственному желанию и с тех пор предпочитал сидеть на шее у любимой жены. На данный момент живет с родителями, своего имущества нет, карьеры нет, денег нет. Фея, ты чего?
Зеленовато-серые глаза Ани сощурились, что говорило о явном раздражении девушки.
— Ты! — она едва удержалась, чтобы не пихнуть Кира. — Ты какого вообще лезешь в мою личную жизнь! Считаешь, раз мы когда-то пару раз виделись, теперь имеешь полное право рыться в моей биографии? На себя посмотри! Ты приставал к шестнадцатилетней!
— И что?
— То! Она явно давала понять, чтобы ты отвял! А ты руки распускал!
— А сказать было сложно?
— Я говорила!
— Ты хихикала и пыталась меня отпихнуть! Это походило на неумелое кокетство, а не на нежелание продолжить близкое знакомство.
Все, Аня поняла, что Кира не исправить. Можно измениться внешне, но внутренне остаться таким же бараном как и семь лет назад. Ведь явно не чувствует своей вины! Еще и в контратаку пошел. И опять приближается!
Девушка сделала ответный шаг вперед. Низким широким каблуком наступила на ботинок Кира, нажала и тут же отскочила в сторону. После чего припустила подальше от разозленного парня.
— Дура! — проорал ей вслед Кирилл, морщась от боли. Затем пробурчал себе под нос:
— Хорошо хоть гитары не было. Идиотка!
События развивались совсем не так как он планировал. И Кирилла это немного выводило из себя, поскольку он уже привык, что все его начинания приносили успех очень быстро. А с Анной уже второй раз в жизни все планы грозили полететь в тартарары. Вот что ей не нравится? Что?! Он прилетел сюда, сказал, что сделал это ради нее, а она опять удрала.
С другой стороны, подумал Кирилл, не спеша выходя из переулка и оглядывая залитые осенним солнцем улицы, Аня своим поведением только разжигает азарт. Вдруг она всего лишь играет, стараясь таким образом заинтересовать его еще больше?
— Спасибо тебе, Никочка, спасибо, милая, вот удружила так удружила!
— Да ладно тебе!
— Это тебе ладно! Я хотела в Египет, но мы поехала в Румынию по твоей наводке, я хотела отдохнуть, а теперь за мной носится без пяти минут кретин в последней стадии буйства.
Ника перевела взгляд с тарелки на подругу, которая сидела напротив и уже минуты три выливала на нее потоки возмущения. Девушкам даже пришлось отсесть от остальной группы, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. И все равно некоторые с любопытством косились на красную от возмущения Аню. Но той было наплевать.
Группу туристов собрали в небольшом, но уютном кафе, неподалеку от Сигишоары. После обеда собирались вернуться в Тинай и заняться самостоятельным отдыхом. А пока что сидели, смотрели как за стеклянными стенами ветер гоняет листья, спешат куда-то прохожие и спорили.
— То есть это я виновата во всем? — Ника уже тоже начала терять и без того маленькое терпение.
— А кто все рассказал Кириллу?
Ника смяла салфетку, кинула ее на стол и, смерив подругу сердитым взглядом, ушла к Алену и остальным.
— Ну и катись, — пробурчала Аня, снова начиная ковырять содержимое тарелки. Отлично начался отдых, лучше не бывает.
В сторону Кирилла, сидевшего с остальными туристами, девушка даже не посмотрела.
И в автобусе Аня уселась в самый дальний угол, на одинокое сидение возле окна. Надела наушники и уставилась в окно. Правда, периодически скашивала взгляд на Нику, устроившуюся наискосок
