Осень — время желтых листьев, горьковатых запахов костра и утренних холодных туманов. Осень — время придурковатых котов, неадекватных подруг и странных мужчин. Осень — время загадочных поездок, новых встреч со старыми знакомыми и красивой любви.
Авторы: Васина Екатерина
поцеловали в коридоре и куда-то потащили.
Наверное, в глубине души Ника вот о таком и мечтала. Иначе почему она не сопротивлялась, а напротив принялась отвечать на поцелуи и позволила увлечь себя в номер? Это было похоже на сорванные тормоза, причем у обоих. Ника не ожидала от вежливого, даже несколько холодного Алена такой вспышки эмоций.
От воспоминаний, что он с ней делал, девушка едва не сравнялась цветом со своими волосами. Ничего себе! Она к утру едва не стала просить пощады.
— Так что же мы имеем? — протянул Ален, продолжая изучать лицо девушки. Он по-прежнему крепко держал ее, не позволяя вырваться.
— Нормальная симпатичная девушка, которая явно одержима каким-то странным комплексом. Он из детства, да, Ника?
— Тебе то что?
— Ничего. Просто не привык, что девушки с утра косят под улитку.
Ника еще раз дернулась и как-то резко обмякла.
— Ты не разочарован?
— Чем? — Ален, правда. искренне удивился. — Ты выглядишь лучше, чем накрашенная. Подумаешь, тушь слегка размазалась. Дурочка, кто тебе внушил такие глупости?
Ника сжала зубы и явно играла в партизана на допросе. Пожав плечами, Ален отпустил ее и встал с кровати.
— Можешь бежать, если так хочется.
Но девушка вместо планируемого побега, села, завернувшись в одеяло, и круглыми глазами уставилась на столик. Там стоял поднос с едой, чашками с кофе, судя по запаху и стаканами с соком.
«Я, блин, сейчас заплачу», — подумала Ника. Вслух же произнесла:
— Вау, типа романтика и все такое?
— Типа да.
Ника приняла протянутую Аленом чашку и отхлебнула горячий напиток. Парень уселся напротив, устроив поднос на коленях.
— Ты и побриться успел? Я не слышала.
— Я умею передвигаться бесшумно.
Некоторое время молча ели, то и дело поглядывая друг на друга. Ника вдруг поняла. что ее казалось бы вросшие в душу страхи постепенно растворяются под взглядом Алена. Ну не может человек так смотреть на ту, в которой разочаровался. Или просто не хочет расстраивать?
— Школа.
— Что, прости?
Ника отставила чашку и сложила руки на коленях. Одеяло упало с плеч.
— В школе меня дразнили Утконосом.
— Утко…- Ален поперхнулся, откашлялся. — Прости. За что?
— За уши, блин! — Ника ткнула себя в нос. — За шнобель, конечно! Типа и длинный, и курносый и вообще такой весь…запоминающийся! Я с восьми лет мечтаю пластику сделать.
— Я пока ничего не понял, но продолжай.
— Еще меня дразнили за маленькие глаза, тонкие губы и прыщи. И за то, что в шестнадцать лет была худая как доска. А все остальные уже щеголяли в лифчиках. А потом мне понравился одноклассник. И я на выпускном вечере пригласила его на белый танец.
— А он тебя обсмеял?
— Да, — Ника прикусила губу, но все же сдержалась. Не стоит страдать из-за прошлого. — Я стояла перед ним, а все его друзья ржали. И он смеялся. А потом сказал, что даже если я заплачу, то все равно у него…у него не встанет.
Девушка судорожно выдохнула и постаралась не думать. Глупо. Глупо и по-детски, Ален прав.
— А потом, через год, я с ним случайно столкнулась. Он меня не узнал и стал клеиться.
— Ты была накрашена?
— Да. Я в ту пору была блондинкой, с нарощенными ресницами и волосами. Ему понравилась кукольная внешность.
Так как Ника была занята разглядыванием узора одеяла, то движения Алена она не заметила. Только чуть вздрогнула, когда поняла, что он уже рядом и обнимает ее. Словно ограждает от всего мерзкого в мире.
— Стоит ли портить жизнь, завися от мнения тех, кто с рождения обделен мозгами?
— Еще поучи меня, — пробурчала Ника куда-то в район ключицы парня.
— Поучу. Ты красивая, когда накладываешь на себя все эти краски. Но сегодня утром я увидел совсем другую девушку. И она понравилась мне гораздо больше.
«Да тебе какая разница? Мы через неделю разъедемся в разные стороны», — Ника подняла голову и сообщила:
— Теперь то я небось на эльфа не похожа?
-Идиотка, — вздохнул Ален, прижимая ее к себе покрепче.
А та и впрямь чувствовала себя дурочкой от того, что все яснее понимала: она хотела быть рядом с малознакомым парнем. Наверное, всю жизнь.
Но лучше молчать. У них осталась всего неделя, не стоит ее портить.
Глава седьмая.
Попасть в номер у Ники получилось с трудом. Решившая повредничать Аня, сначала не открывала подруге дверь и вопила, чтобы та шла туда, где провела ночь. Ника в ответ долбила в дверь ногой и советовала не вредничать. В общем, кое-как прорва оборону и войдя в номер, девушка первым делом кинулась в душ, затем переоделась, а потом потянулась к косметичке. Но замерла, глядя то на тушь, то на свое отражение в овальном запотевшем зеркале.
— Ты чего?
