Танцы на осколках

кивнула девушка, — и предполагаю, что так и может произойти. Никто не знает, насколько велики будут потери.
— Мы с тобой читали… — нахмурилась Эва-Каталина, — что есть грязные обряды, за счет которых маг мог получить не только девушку, но и её дар…
— И есть ритуалы в древних культах, в которых невинную-девушку мага приносят в жертву твари Завесы и получают осколки, — охотно согласилась Талис, — И не только в древних…
— Ты о чем? — шагнул вперед Кинтан.
— У меня есть основание предполагать, что… что некоторые маги и сейчас готовы выдрать чужие дары вместе с невинностью.
И снова все замолчали. Я только сильнее прижал к себе девушку.
А потом осколками во все стороны брызнули предположения — что возможно и невозможно, что такое есть магия и откуда она вообще взялись. Это было в нашей натуре, этому магов обучали с детства — не просто менять реальность, но искать возможность делать это лучше, сильнее других. Искать причины. Иногда это рождало великие открытия и заклинания, иногда — вело к провалам и смерти. Но мы, почти все, вгрызались в любое предположение в надежде понять, что и как устроено.
И понимали — пока не попробуешь, все это лишь теория. А поиск собственных ответов может оказаться очень рискованным.
Потому я и молчал… я не мог выдавить из себя ни слова, опасаясь, что будущий риск будет неоправданным.
Я оказался прав.
Потому как спустя какое-то время от Кинтана прозвучало:
— А что твоя идея по поводу Завесы?
— Завесы? А с ней что? — заинтересовался Даниель.
— Один маг, я не помню его имени, в своих записях утверждал, что не только тварь может забрать что-то у мага, но и маг — у твари. То есть…
Она остановилась, зато продолжил широко распахнувший глаза Хайме:
— Ты хочешь сказать, что тебе нужна тварь Завесы для эксперимента?
— Я хочу сказать, что мне нужна сама Завеса.
— Я уже говорил, что это верная смерть, — проворчал Филипп, а я просто дара речи лишился. Какого… я вообще ничего об этой идее не знаю? Да кто ее отпустит?!
— Мне кажется… — Талис оторвалась вдруг от меня, став сразу бесконечно далекой в своих размышлениях, — что не все так просто с мировым Зеркалом, легендами и Завесой. У нас дома есть, как утверждают хроники, отпечаток первого осколка. И вот что удивительно — в сложных моментах мне никогда не помогали храмы, учителя или обращение к Великим богам, но небольшая пластина дарила уверенность и концентрацию… В то утро, когда я лишилась магии, я привычно сделала грани частью своих движений. И провела ритуал, который создал меня «вторую», иллюзию, что проступила благодаря тому, что я вытащила в мир обычный спрятанное в мире внутреннем. И сейчас я задумалась… не было ли точно так же и в давние времена?
— Кто-то вытащил из-за Зеркала в обычный мир его часть? — уточнил Роша.
— Да.
— И ты полагаешь, что за Завесой, которая встала на месте «зеркала», можно снова это получить? — напряженно подался вперед Хайме.
— Да.
— Это чушь!
Моя фраза. Фраза испуганного мужчины… хотя нет, мальчика. Мальчика, который не желает терять то, что ему дорого.
Но произнес ее блондинчик. Я не успел… вслух.
— Не чушь.
Ошеломленные, мы повернулись к Эве-Каталине. Та тоже встала — рядом с Тали.
— Тайны Завесы притягивали многих — не многие возвращались. Вы же знаете, что там становится все опасней. Десять лет назад Его Величество запретил использование пятерок для исследований, поскольку это не давало никаких преимуществ. За завесой не работают наши законы кристаллографии, они будто искажаются и становятся прямо противоположными. И потому туда ходят самые лучшие… но даже они могут ошибаться. А Завеса продолжает притягивать, будто там и правда находится то, что нас породило. Когда мне было четыре года мой дед отправился на разведку — и не вернулся. Бабушка, пытаясь справиться с тоской, взялась за систематизацию его заметок, потом втянулась и начала изучать все, что связано с Завесой, став одним из главных специалистов по тварям и их законам. Её мнения спрашивали перед каждым большим походом — взамен она чуть ль не первая могла изучить отчеты. Многие знания она передала мне и моему брату, именно это помогало мне в борьбе с вырвавшимися монстрами и спасло Питера — Дамиена, когда он укрылся в Завесе. После смерти бабушки остались некоторые записи, но мы их не читали — я поступила в Академию, Питер уехал на службу. И сейчас взялись. И если я верно поняла…
Она замялась.
Не потому, что не знала что сказать, а потому, что была уверена — сказанное может шокировать. Так и вышло…
— Твари Завесы выходят и крадут осколки потому, что когда-то люди украли эти осколки у них.
И снова взрыв.