Моё имя Катерина, и умерев, я очнулась в другом мире, да ещё и в потолстевшем теле. Меня приняли за какую-то маркизу Кэтрин, и мне пришлось ей стать, чтобы выжить. Мир этот странный и жестокий, ещё и мачеха отправила на обучение в военно-магическую академию. Только и в академии моя жизнь не была похожа на сахар.
Авторы: Осенняя Александра Сергеевна
домики осенних оттенков: жёлтые, как листья клевера, оранжевые, тёплого красного оттенка, согревающего только от одного вида коричневого, из соседней булочной с золотым колокольчиком над входом в воздухе пахло яблочным пирогом. Мальчишка пробежал со стопкой газет в руках, выкрикивая последние новости столицы, неспешно прогуливались по зеленому парку, уходящему в зелёный лес дамы со своими компаньонками, сжимая в руках нежных оттеков зонтики, чтобы укрыться от солнечных лучей, сохраняя кожу белоснежной. Над небольшими яркими зданиями возвышалось величественная постройка, напоминающая какой-нибудь религиозный храм в традиционном готическом стиле, откуда доносилось голосистое пение священнослужителя. Сегодня воскресенье, кстати, подумала я про себя. Видимо, у кого-то церковная служба.
Двинулась к серому каменному колодцу, возле которого иногда останавливались прохожие, заглядывали внутрь и уходили обратно. Тоже остановилась, посмотрела и, приготовив монетку, начала думать, чтобы такое загадать. Возвращение домой? Или быть может что-то, о чём я боялась подумать даже в глубине души, но так хотела этого. Желания имеют свойство исполняться неожиданно, поэтому нужно подумать тщательно, чтобы в будущем не пожалеть. Так чего же я хочу? Богатства, власти, любви? Этого всего мне не надо. Или же… Будь у меня власть, я бы смогла изменить в лучшую сторону жизни всех граждан империи. Будь у меня деньги, я могла бы создать приюты, бесплатные столовые для бедных, школы для обучения крестьян. Что может дать мне любовь? В том-то и дело, что любовь может дать мне гораздо больше, но и отнимет всё последнее, что у меня имеется.
Впервые в жизни я не знаю, чего хочу. Вот так я и простояла у фонтана, а потом, кинув монетку, прошептала:
— Пускай боги сами решат, что для меня лучше: деньги, власть или любовь…
Ну, что ж, остается понадеяться, что боги меня услышали и поняли. Вернулась обратно к карете, села в экипаж и мы продолжили путь дальше.
— Миледи, я заметил ваше замешательство… — начал возница.
— Да, — усмехнулась я. — Это было сложно в какой-то степени. Ведь я и вправду верю, что желание сбудется. Верю и боюсь… Судьба любит преподносить неожиданные сюрпризы.
— Сбудется, если очень верить, — подбодрил мужчина. — Главное знать, что хочешь точно.
— В этом-то и проблема, я не знаю…
— Эх, вы женщины! — рассмеялся Отто. — Никогда сами толком не знают, что хотят, но чего-то хотят, а нам мужчинам приходится угадывать. Нет, чтобы сесть, подумать хорошенько и сказать «я хочу это»… Так нет же! Надо сделать непонятные намёки и обидеться, что мужчина вас не понимает. Мы мысли читать не умеем.
Откинув голову назад, я громко и от души рассмеялась. Всё-таки есть что-то одинаковое среди всех мужчин и всех женщин в разных мирах. Но ведь это-то и прекрасно!
— Отто, а у вас есть семья? – я смущаясь, задала очень личный вопрос.
— Была, миледи, была, — печальный вздох, но возница продолжил. — Пожар унёс жизни моей жены и двух сыновей. Я на ночную шабашку уехал, денег тогда не хватало, а жена свечку ночью забыла потушить. Как злой рок… Свеча-то от занавеси далеко находилась, а гореть начали именно шторы.
— Мне кажется это не случайность, — сочувственно произнесла я.
— Это и не случайность, леди Кэтрин, сам уверен. Правда, разве будут городские стражи смерть простолюдинки расследовать?
— Не расследуют? — полюбопытствовала.
— Не расследуют, — подтвердил Отто и вздохнул. — Смерть и смерть… Премию получат положенную за то, что съездили установить причину смерти, а человек без семьи остался и преступник на воле.
— А вы ещё говорите, что ваш император ни в чём не виноват. Виноват, Отто, виноват…
— Я смирился, миледи, — возница тряхнул головой и грустно улыбнулся. — Давно это было. Сейчас бы мои сыновья в армию отправились бы… За Диаларией есть небольшой трактир, там хозяин мой старый приятель, предлагаю остановиться. Дороти сказала, вы с утра не ели, а путь долгий, — сменил тему Отто.
— Хорошо, в трактир, так в трактир, — не стала возражать я. Подкрепиться перед ночью и вправду стоит, к тому же, наверное, Отто тоже голоден.
Кажется, у меня как раз были планы, поэтому самое время приступить к их осуществляю. Извлекла дневник Кэтрин, медленно открыла и начала читать. Прости, Кэтрин, что вероломно вторгаюсь в твоё личное пространство, но мне, правда, нужно знать о тебе хоть что-то. Надеюсь, она сейчас в лучшем месте, чем этот мерзкий мир, где дети мёрзнут и голодают, где избиение считается правильным методом воспитания, где городская стража получает премии, не выполняя своих обязанностей. Что-то напоминает, верно? Подобное и в нашем мире встретить
