Моё имя Катерина, и умерев, я очнулась в другом мире, да ещё и в потолстевшем теле. Меня приняли за какую-то маркизу Кэтрин, и мне пришлось ей стать, чтобы выжить. Мир этот странный и жестокий, ещё и мачеха отправила на обучение в военно-магическую академию. Только и в академии моя жизнь не была похожа на сахар.
Авторы: Осенняя Александра Сергеевна
поняла, что ляпнула и смутилась. — Ой…
— Вот те на! — удивилась Голда. — Давно нас девочками никто не называл. Лет четыреста уже!
— Бабушки? — предложила я.
— Счас получишь! — пригрозила Нима. — Девушки, дамы…хах!
— Хорошо, милые дамы… Эй, да что опять-то!?
— К твоему сведению, нас и милыми уже давно никто не называл, — пояснила Голда.
— Можно мне уже вопрос свой задать? — раздражённо выдохнула. Не статуи, а гарпии. Самые что ни на есть настоящие гарпии!
— Можно, — довольно протянули гарпии.
Собравшись, я озвучила вопрос:
— Вот вы бы что выбрали: свободу или защиту?
— Вот, когда простоишь четыреста лет неподвижно статуями, как мы, тогда поймёшь, что ничего дороже свободы нет!
— То есть, вы за свободу? — переспросила. Мне кивнули. — А как вы гарпиями стали?!
— Ох, дитя длинная эта история! — вздохнули гарпии. — Девицами раньше мы прекрасными были, пока один императоришка подлый не наказал.
Так, а вот это уже интересно!
— За что? — с интересом выдохнула я. — В чём провинились?
— Магиню одну белую спрятали, — шепотом ответили Нима и Голда. — Но меньше знаешь, крепче спишь!
— А заклятие как снять? — полюбопытствовала ненароком.
— Только императоришка и знает, — скривилась Голда. — Убили бы, да не можем!
— Похоже, ваша жизнь ещё хуже, чем моя, — сделала неутешительные выводы я.
— Иди уже, дитё безголовое и помни: твоя свобода для тебя должна быть превыше всего!
***
До самого вечера я рассеянно бродила по коридорам академии, думая о том, что судьба сегодня, однозначно посылает мне какие-то подсказки. Надо быть слепой, глухой и очень постараться, чтобы не заметить их. Пообщалась с гарпиями, которые свободу выбрать посоветовали, с новым знакомым по имени Арчер, который посоветовал отказаться от прислуживания Акселю. Я всё думала и думала, и думала, а думать, между прочим, очень полезно. Особенно тогда, когда жизнь в спину ударила… Умереть в своём мире, переместиться в этот жестокий мир, получить в подарок от Кэтрин чрезмерную полноту. У меня даже для адаптации времени не было, а уже приходиться выбирать между двумя важными составляющими: свободой и защитой. Интересно, как бы папа поступил? Он же столько раз в плену был у афганских военных, столько пережил, но на зло добром всегда отвечал и меня этому научил.
Рассказывал мне отец как-то историю… Ему надо было на границу к мирным жителям сходить, узнать кое-что, да спросить, а там войска афганские были и идти с оружием — самоубийство, но и без оружия тоже. Сослуживцы говорили, что оружие взять им всем нужно, а мой папа лидер по природе, как рявкнет: «мы к мирному населению с оружием не пойдём и точка». Ну, и не пошли. Без оружия». И как вы думаете, чем всё закончилось? Да, ничем. Афганцы оружие опустили, войска наши поговорили, местные жители тоже и разошлись. В чём мораль? А в том, что любой конфликт без кровопролития решить можно, вот в чём.
Что-то совсем в мыслях своих запуталась, как в клубке пряжи, с которым кошка поиграла, и не заметила стоящего у двери нашей с Альмой комнаты Стефана.
— Акс за тобой отправил, — коротко пояснил неофит. — Пошли.
Бросила печальный взгляд на дверь, планировала отдохнуть ещё минут двадцать, а потом в столовую сходить, позавтракать, вернее, поужинать. У них-то завтрак в восемь часов вечера начинается, а у меня в восемь часов вечера ужин был, ну за четыре часа до сна, так правильно. Альма сейчас, наверное, проснётся только, в душ пойдёт, как всегда, а мне к этому герцогу идти и опять выслушивать шутки пошлого содержания, приправленные извращением. Своеобразная кулинария Акселя, а мне питаться этим. Или же нет…
— Знаешь, ты забавная, — неожиданно нарушил тишину Стефан, идущий впереди и не оборачивающийся. — Мы с Дуайном всё думали, что он к тебе прикопался. Девка-то обычная, магических способностей выдающихся нет, внешностью не блещешь, природа явно обделила и умом, и красотой…
— Может, хватит уже? — прервала я некроманта.
— Прости, — повернулся, улыбнулся и, встав рядом со мной, начал идти на одном уровне со мной. — Я просто понять не могу, что Акселю от тебя надо. Да, мордашка у тебя симпатичная. Я бы даже сказал, очень симпатичная! Но ты же зажатая, тихая, застенчивая, а потом понял, что-то в тебе есть, что притягивает, несмотря на все недостатки… Вот, как Акс на полигоне тебя увидел, завёлся и целый день о тебе говорил, что бесишь, раздражаешь, кем ты себя возомнила — спустить на него тридцать умертвий…
— Я говорила, это была случайность, — мрачно напомнила, глядя на Стефана.
— Думаешь, я ему об этом не говорил? Нет, он продолжал настаивать на своём. Дёвчонку надо проучить, а мне какое дело до тебя?
