Таралиэль. Адвокат Его Темнейшества

— Советник, как обычно, искренне веселился — это будет даже забавно посмотреть на реакцию Правителя.
Ох Тьма. Мне совсем не хотелось каких-либо интриг, тем более когда мое собственное счастье было весьма неопределенным. Потому на поздний ужин я шла без всякого настроения, и оно стало еще хуже, когда я увидела, что круглый стол накрыт на шестерых. Арман с детьми, Его Темнейшество, Советник и я. Совместная трапеза не была в привычке Высших демонов, но здесь их традиции вступали в конфронтацию с традициями вампиров, а потому был принят вполне устраивающий всех компромисс — за один стол садились только те, кто был практически равен по статусу или приравнен к нему на данный вечер. Больше в комнате никого из благородных не было.
Незримые слуги подали свежайший фарш аргора — свиноподобного дикого животного из окружающих лесов — перемешанный с травами, специями и мелким льдом, и кроваво красное, тягучее вино. Следующее блюдо мне было незнакомо, что-то схожее с запеченной кровью, смешанной с ягодами. А вот десерт из сладкой мякоти свирса я ела с удовольствием. Начинать беседу никто не спешил. Демоны в принципе были молчаливы; мне это не полагалось делать первой — я вообще недоумевала, к чему Правитель взял меня с собой. А вампиры оказались просто себе на уме. В отличие от первой встречи, пробиться за заслоны главы рода я не смогла; к эмоциям Лестата и Меерит прикасаться просто не хотелось. Их взгляды были более чем красноречивые.
— Сыграем? — наконец нарушил молчание Арман, когда десерт унесли
Его Темнейшество лениво кивнул
Слуги вынесли огромный круг с полем в виде шестиконечной звезды, где в шести треугольных Домах — лучах звезды — сверкали драгоценные камни, вместо привычных мне деревянных фигурок, а посередине — игровое поле, заполненное пустыми пока ячейками. Правила игры «джави» были предельно просты. Для победы камни — фигурки нужно было быстрее всех перевести в противоположный дом. В свой ход можно переместить только одну свою фигурку двумя разными способами: либо просто передвинуть её на соседнюю пустую ячейку, либо перепрыгнуть через рядом стоящую фигурку, в том числе, принадлежащую противнику — тогда было возможным и совершить ряд прыжков подряд. Здесь стоило сочетать тактику быстрых скачков и коротких перебежек. Можно также было сделать несколько подготовительных ходов, а затем одним ходом перевести одну из своих фигурок через всё поле в новый дом.
Моим противником оказался Лестат.
Я делала свои ходы сосредоточенно и быстро, надеясь как можно скорее покончить с как с игрой, в которой я не обладала должным мастерством, так и с его навязчивым вниманием, намеками и многообещающими взглядами, тем более что, судя по настроению Его Темнейшества, если с этим вниманием не покончить, то покончат с самим Лестатом. Не знаю, какие у них всех были взаимоотношения до этого, но в данный момент наследник Дома покушался на то, что принадлежало Верховному, а делать этого не стоило. Пусть даже это мы были гостями, а не хозяевами. Может мне бы польстила эта ревность, но она могла привести к весьма неприятным последствиям. Да и поведение Меерит, вовсю демонстрировавшей свои прелести не только Советнику, ставшему её соперником, но и Эртару, не добавляла мне желания оставаться здесь дольше.
— В Доме! — громко произнес молодой вампир и нагло ухмыльнулся, схватив меня за руку, которую я не успела убрать.
В этот же момент Его Темнейшество также закончил игру, одержав победу над Арманом.
— По праву победителя… — начал Лестат, глядя прямо мне в глаза.
Но закончить не успел. Его стащила со стула сама Тьма и весьма чувствительно и очень обидно шваркнула о стену.
Я вздрогнула.
Беловолосый ухмыльнулся.
Меерит открыла от удивления рот.
А Арман только нахмурился:
— Прошу прощения за детей. Они еще не доросли… до взрослых игр.
«Дети» перевели ошеломленные взгляды на отца, а Правитель только кивнул, так и не изменив выражению скуки и отрешенности.
Он подал знак и тут же слуги отодвинули нам двоим стулья.
Я спокойно встала и вошла в портал вслед за демонюкой, успев поймать только взгляд Советника. Этому лишь бы развлекаться за чужой счет.
Когда мы оказались в покоях — в покоях Седьмого, то, что мне предоставили отдельную спальню, Его Темнейшество не устроило совершенно — Эртар так же молча сорвал с меня юбку и нижнее белье, подхватил под ягодицы и пригвоздил к стене.
В глазах его была совсем не скука и равнодушие.
«Моя» — говорил его взгляд.
Я согласно кивнула и застонала, не в силах сопротивляться тому жару, что мгновенно заполнил все мое существо.
Его. А он мой. И это было правильно.
Мы планировали уехать сразу