Таящийся ужас 2

Начало было самым обычным. С работы Алан пришел вовремя — вот уже несколько месяцев он служил в фирме, специализировавшейся на разрушении старых и ветхих зданий.
— Смотри-ка, что я нашел сегодня в погребе одного дома, — сказал он жене.
Джоан подняла взгляд: — Что это?
— Старинная кукла.
Предмет, который Алан держал в руках, лишь с большой натяжкой можно было назвать куклой — грубо обточенные деревянные голова и плечи, туловище без ног, и нигде ни намека на краску, ни следа прикосновения осторожного резца.
— Ей, наверное, не меньше ста лет, — сказал Алан. — Клавер-холл — мы как раз его сносили — в девятнадцатом веке был детским приютом. Видимо, одна из его обитательниц и была ее хозяйкой, — он кивнул на куклу.
— Странная какая… — Джоан взяла куклу и стала внимательно рассматривать. — Интересно, она представляет какую-нибудь ценность?
— Едва ли. Впрочем допускаю, что Альме она может понравиться.
Джоан рассмеялась. Их семилетней дочери, пожалуй, больше всего на свете не хотелось играть в куклы. Друзья и знакомые семьи часто дарили ей разные, подчас дорогие и по-настоящему красивые куклы, однако те вызывали у девочки лишь чувство неприязни. В конце концов все они обретали свое постоянное место на платяном шкафу, где с ними играли и забавлялись лишь солнечные лучи и пыль.
В этот момент девочка вошла в комнату. Она была маленькая, темноволосая, немного бледная, с большими карими глазами.
— Что это? — сразу спросила она, заметив в руках матери незнакомый предмет.
— Это старинная кукла, дорогая. Папа нашел ее на работе. Она тебе нравится?
Альма с интересом, словно это было диковинное животное, стала рассматривать куклу, потом протянула руку, потрогала деревянную головку, угловатые плечи.
— Нравится. Я могу взять ее с собой в постель?
— Ну конечно, дорогая. — Джоан была явно обрадована реакцией дочери. Временами неприязнь Альмы к куклам беспокоила ее — сама она ребенком очень любила играть в куклы.
В эту ночь Альма легла спать, положив рядом новую подругу. Уложив дочь, супруги весело и довольно посмеивались над происшедшей переменой в отношении ребенка к игрушкам.
Альма назвала ее Розалиной.
Однако спустя несколько недель умиление родителей заметно пошло на убыль. Альма, которая ни на миг не расставалась с Розалиной, и днем и ночью держа ее при себе, стала заметно более нервной, беспокойной, по ночам ее часто мучили кошмары. Джоан первой пришло в голову связать эту перемену в дочери с куклой.
— Что-то нездоровое есть в этой ее страсти ни на миг не расставаться с Розалиной. — заметила она однажды. — И потом, знаешь, мне совсем не нравится, что она каждую ночь кладет ее с собой в постель.
— Да брось ты, — отмахнулся Алан. — Она что, хоть раз ложилась спать, не укладывая рядом какую-нибудь игрушку?
— Ну, плюшевого мишку или там какую-нибудь действительно красивую куклу — это я еще понимаю, но это создание… Знаешь, я почему-то нахожу ее все более и более отталкивающей.
Едва она успела произнести эти слова, как из спальни дочери раздался пронзительный крик.
Джоан бросилась наверх.
Альма лежала на боку и явно спала, хотя губы ее слабо шевелились.
— Я не хотела никого обидеть, — донеслись до Джоан всхлипывания спящей дочери. — Только не мучай меня больше, пожалуйста!
Она решили не будить ребенка и лишь погладила девочку по голове.
— Все в порядке, милая, успокойся, все в порядке.
Так и не проснувшись, Альма наконец затихла.
Подошел Алан.
— Я хочу взять у нее Розалину, — шепнула Джоан мужу.
Медленно и очень осторожно она откинула край одеяла и увидела куклу, зажатую в руках дочери. Джоан слегка потянула ее на себя.
— Нет! Нет! — закричала девочка, не размыкая век, явно все еще во сне. — Мадам, я сделаю все, если вы позволите мне оставить ее. Я даю слово, что не буду есть целую неделю… Честное слово.
— Ради Бога, Джоан, не надо, — вмешался Алан.
Джоан снова нежно укрыла дочь одеялом и подождала, пока та успокоится. Затем оба вышли.
— Ну и что мы будем делать?
— Обычный детский кошмар, — спокойно ответил Алан.
— Нет! Нам надо что-то решить с этой чертовой куклой. Знаешь, надо побольше разузнать о ней. Откуда она вообще появилась?
— Но ведь я же говорил тебе, где нашел ее.
— Я не о том. Нам надо проконсультироваться у какого-нибудь специалиста, ну, у знатока кукол, ведь есть же такие.
Это было проще сказать, чем сделать. Однако после нескольких дней бесплодных поисков им удалось в одной из газет отыскать адрес некоей мисс Летеринтон, которая называла себя «плангонологом», располагала большой коллекцией