В третьем выпуске сборника «Таящийся ужас» представлены повести писателя Владимира Гринькова, а также рассказы английских и американских писателей. Все произведения написаны в жанре, соединяющем в себе элементы «страшного» рассказа и психологического триллера. Публикуется впервые. Для широкого круга читателей.
Авторы: Роальд Даль, Уоддел Мартин, Блок Лоуренс, Дерлет Август, Гриньков Владимир Васильевич, Пронзини Билл, Флетчер Флора, Сэмброт Уильям, Липман Клер, Куин Сибери, Уайт Эдвард Лукас, Веркоу Энтони, Кэррол Сидней, Ллойд Чарльз, Теридьон Пол, Буррадж А. М., Макардуэл Дэвид, Рубин Мэнн, Артур Джон, Бурк Джон, Холтрехт Монтегю, Липман Майкл
остался в полном одиночестве.
Что ж, дорогие мои, вот так оно все и обстояло. Похоже на то, что по городу действительно где-то бродит убийца-отравитель, действующий без всякой системы. Подобно молнии. Подобно лунатику. Он наверняка сумасшедший. Должен быть сумасшедшим. Иначе зачем бы ему понадобилось убивать столько людей, причем в совершенно разных местах? Людей, которые не имеют ничего общего, ну просто абсолютно ничего общего друг с другом. Все это просто лишено смысла. Полиция утверждает, что понятия не имеет, как он вообще проникает в жилища. Ну так вот, уважаемые граждане, покрепче заприте свои двери. Перед сном загляните под кровать. И окна проверьте — разве может кто-то вам гарантировать, что молния и сумасшедший станут действовать исключительно через входную дверь?
Мои соседи, одержимые страстью выражать соболезнования, постоянно твердят, что виной всему наша идиотская полиция. Поднимает, видите ли, шум, да еще какой, всякий раз, когда человек якобы не в том месте припарковал машину или вообще идет по своим делам, а как доходит дело до того, чтобы изловить настоящего преступника, так их нет. Ну где они, где, когда дело доходит до настоящей беды, истинной опасности?
Я, конечно, говорю соседям, что не стоит так уж во всем винить полицию. Не исключено, они действительночто-то знают. Ведь не станут же они рассказывать об этом каждому!
Самому же себе я сказал, что они не решатся обнародовать все эти факты насчет молока. Да, попросту не осмелятся. Вы только представьте себе, что может случиться. Да не меньше, чем катастрофа; все в городе прекратят пить молоко. А пострадают маленькие дети! Бедные молочные компании вообще в трубу вылетят, а молочники лишатся работы. А что сказать про фермеров, которые разводят коров… да и сами бедные коровы — какая участь ждет их? Нет, милостивые государи, такуюшумиху поднимать нельзя. Едва ли кто-то скажет, к чему все это приведет. Будет гораздо лучше, если полиция позволит нескольким людям ежедневно умирать, покуда она не найдет того, кто во всем этом повинен. А уж после этого они смогут обо всем рассказать публично. Именно тогда, но никак не раньше.
Мистер Дилэни сказал, чтобы я помалкивал обо всем этом. Разумеется, я так и сделаю. Уж секреты-то я хранить умею, по-настоящему умею. Ведь сумел же я сохранить в тайне свою маленькую книжицу, разве не так? Я имею в виду тот старинный фолиант, который нашел у себя в библиотеке, с формулой.
С формулой, сказал я? Нет, все-таки я раскрою вамодин маленький секрет. В моей маленькой книжице содержатся формулы.Вы поняли — множественное число. Вот, например, на странице 137, в пятнадцатой главе, если хотите, описывается, как делать золото из мусора. Довольно простая процедура, требующая лишь нескольких часов работы. Или на странице 192 — там есть рецепт приготовления духов, причем весьма простой. Если мужчина станет ежедневно по утрам окроплять себя всего-навсего одной каплей этого раствора, он станет поистине неотразимым для всех женщин в радиусе тридцати миль.
Сначала я все-таки займусь золотом, а потом уже духами.
Вот радости-то будет!
— Черт побери, осторожнее, Траубридж! — предостерег Жюль де Гранден, когда мою машину занесло на мокрой от дождя дороге и она едва не стукнулась о бордюрный камень. Я отчаянно закрутил руль и тихо выругался, тщетно стараясь хоть что-то разглядеть сквозь пелену дождя.
— Плохо дело, друг, — признался я, поворачиваясь к своему спутнику, — мы заблудились. Определенно заблудились.
Он коротко рассмеялся:
— Вы что, только что догадались об этом? Я знал это уже добрых полчаса.
Сбросив газ, я медленно ехал по бетонной дороге, стараясь через залитое струями дождя стекло разглядеть хоть какой-нибудь дорожный знак, но видел перед собой лишь черную, непроглядную тьму.
Два часа назад де Гранден и я, откликнувшись на настойчивый телефонный звонок, покинули мой уютный теплый кабинет и выехали из дома, чтобы навестить больного ребенка. Из-за дождя и кромешной тьмы я сбился с дороги и все последние полтора часа чувствовал себя в незнакомом месте так же, как ребенок, заблудившийся в глухом лесу.
— Боже правый! Свет! — воскликнул де Гранден, хватая меня за руки своими маленькими, крепкими пальцами. — Видите, вон там, вдалеке? Быстро пошли туда. Любая самая жалкая лачуга сейчас лучше, чем этот проклятый дождь.
Я посмотрел в указанном направлении и увидел слабый мигающий огонек, пробивающийся сквозь пелену дождя метрах в двухстах от нас.
