Тайна белого пятна

сразу сюда. Хорошо?
Диана на охоте
Пока Липатов спал и ее помощь была не нужна, Зина решила отправиться на поиски парашюта.
Если говорить откровенно, она меньше всего заботилась о приборах. Она думала о простой соли, которая там должна быть. Соль! -ее так не хватало Зине, а особенно сейчас. Если она сама кое-как сумела привыкнуть к пресным кушаньям, то больному они вряд ли нравились.
Она видела парашюты на авиационных праздниках и представляла себе их размеры. Такое огромное полотнище, повисшее на деревьях, не может остаться незамеченным. Обнаружить его легко. И если парашют спустился в провал, она разыщет его без труда.
Зина прошла весь лес вдоль, потом несколько раз поперек. И ничего не обнаружила.
Парашют могло унести ветром в тайгу, он мог упасть в озеро и затонуть. Так или иначе — для Зины он был потерян. Больше всего сокрушаясь о пропавшей соли, она вернулась в полном смысле «несолоно хлебавши».
Открытую дверь избушки заметила еще издалека.
Вспомнила, что прикрыла ее перед уходом. Подозревая неладное, кинулась через, полянку бегом.
Липатов, одетый в шубу, лежал на пороге и даже не пошевелился, когда Зина потрясла его за плечо. Какимто образом он все же сумел одеться, накинул шубу и выбрался из избушки. Но вернуться не хватило сил.
В правой руке был зажат индикатор. Даже потеряв сознание, Липатов не выпустил его.
Сердясь, тревожась за своего беспокойного больного, Зина с трудом дотащила его до постели. От боли, которую она причинила, он застонал и очнулся.
— Как вам не стыдно,- не удержалась от упрека Зина.- Ну почему вы такой упрямый и совсем не слушаетесь меня.
Липатов перевел дух.
— Извините меня…- сказал он шепотом сквозь зубы,- мне хотелось проверить, сильно ли я повредился. Мне нельзя долго лежать, поймите… Оказывается, вставать и потихоньку двигаться я уже могу. Я добрался бы сам до постели, да запнулся за порог и упал…
— Невозможный вы человек. Да положите ваш индикатор на стол. Вы, кажется, готовы с ним спать.
Липатов послушно отдал индикатор.
— Нашли парашют? — спросил он.
— Нет, не нашла. А вы уверены, что его сбросили?
— Должны были сбросить… Может быть, он упал в озеро и утонул.
— Может быть,- согласилась Зина.- Надеюсь, вы сейчас будете отдыхать после пробного путешествия, и я успею приготовить обед.
Липатов согласно кивнул головой.
Зина поправила ему подушку.
— Какая жалость, что парашют потерялся,- вздохнула она.
Липатов промолчал.
— Я так рассчитывала на соль.
Притащив к очагу охапку сучьев, Зина взялась за топор.
За все время, пока она жила в провале, не проходило, вероятно, ни одного дня, чтобы она не рубила дрова.
Она уже привыкла к этому занятию, приловчилась к топору и сейчас уверенно работала им, с одного удара перерубая толстые сучки.
Собирая разлетевшиеся щепки, заметила, что Липатов через открытую дверь внимательно наблюдает за нел.
— Вы знаете,- сказал Липатов, когда она вошла в хижину за чашками.Вот, вы рубили дрова, а я смотрел и удивлялся.
— Чему же?
— Где это вы так хорошо, я бы сказал профессионально, по-мужски научились работать топором?
— Ах, вы вон о чем,- сообразила Зина.- Да здесь и научилась. Если бы вы знали, сколько кубометров мне пришлось переколоть за зиму. Привыкла,она показала Липатову ладони с твердыми подушечками мозолей. — Вот, видите. А раньше каждый день кровь из ладоней шла.
Здесь Зине показалось, что ее рассказы смахивают на хвастовство. Она смущенно умолкла. Видя, что Липатов продолжает разглядывать ее с серьезным вниманием, смутилась еще больше и бессознательным движением поправила волосы.
Пожалуй, можно не упрекать Зину в излишнем кокетстве. Девяносто девять женщин из ста, заметив чей-то взгляд, обязательно сделают этот жест.
— Извините, что я вас так рассматриваю,- сказал Липатов, заметив ее смущение.- Но вы очень оригинально выглядите.
— Плохой комплимент,- улыбнулась Зина.-У меня здесь нет зеркала, мне трудно о себе судить. Вы, наверное, находите меня страшилищем?
— Совсем нет,- поспешил возразить Липатов.- Я не в этом смысле. Я вот, например, представляю вас в вечернем платье…
— Почему именно ь вечернем?
— Для контраста. У вас такая энергичная внешность- и вы в открытом платье. У вас красивые руки, женственные, и в то же время в них чувствуется сила.
Зина невольно спрятала за спину руки с изломанными и исцарапанными ногтями.
— И все же,- продолжал Липатов,- все же вам больше всего идет та одежда, в которой я вас впервые увидел. Ваша меховая курточка и…
— Послушайте! — взмолилась Зина.- Пожалуйста,