Тайна белого пятна

и там как-нибудь сумеете освободиться.
— Липатов! — невольно вырвалось у Зины. Она кусала губы, чтобы не расплакаться от стыда и отчаяния.
— Я должен выполнить задание,- сказал Липатов. — Должен! Моя мать и сестра остались там. Их судьба зависит от того, сумею я выполнить поручение или нет… И не думайте обо мне очень плохо. Если бы вы знали, через что я прошел, прежде чем стал на такой путь.
— Липатов!
— Прощайте!
Он сильно толкнул лодку, поток подхватил ее, и все затопила подземная мгла. Зина уперлась ногами в носовой люк и опять, что было силы рванула цепочку.
Тонкий стальной браслет больно врезался в кожу запястья.
Тогда, не размышляя, она прыгнула за борт.
Вода была по грудь. Зину еще не успело снести на быстрину, и она сумела остановить лодку. Но втянуть ее вверх по течению не хватило сил. Зина нащупала выбоину в стене и укрепилась там плечом.
Нужно было отцепиться от лодки во что бы то ни стало. Зина помнила, что носовая скоба привернута к дюралюминию обшивки болтами. Открыв носовой люк, она нащупала ГОЛОвКИ болтов. Их было два. Два болта с шестигранными головками размером с небольшую пуговицу.
Судьба рудника, жизнь людей… и судьба Липатова зависели сейчас от того, сумеет она отвернуть эти болты или нет.
Носовая скоба еле заметно шевелилась. Многочисленные толчки, которые она выдерживала, ослабили ее затяжку. Зина ухватилась пальцами за головку ближнего болта и попыталась отвернуть. Болт не шевелился.
Тогда она взялась за второй.
Острые грани головки врезались в кожу. Зина сделала отчаянное усилие, пальцы сразу стали скользкими и липкими — очевидно, из-под ногтей пошла кровь. Но за время подземного похода она уже настолько привыкла к физическим страданиям, что перенесла эту боль без особого труда. Она только вытерла пальцы и снова вцепилась в шестигранный кусочек металла.
Она собрала всю свою волю, все свои силы… Болт шевельнулся и начал медленно поворачиваться.
Теперь скоба держалась на одном болте. Но отвернуть его Зина уже не могла. Пальцы кровоточили и не позволяли крепко ухватиться за грани головки.
Тогда она вытащила нож и, действуя им, как рычагом, начала отгибать скобу.
Она действовала осторожно, боясь сломать стальное лезвие Скоба постепенно уступала усилиям. Вот между ею и лодкой образовалась щель. Зина просунула туда пальцы, сильно рванула и выворотила последний болт из дюралевой обшивки.
Тяжелая носовая скоба так и осталась висеть на ее руке, но сама Зина оказалась на свободе. Она поспешно достала из кормового отсека лодки отцовскую сумку с дневником, повесила на шею и выпустила лодку из рук.
Стараясь держаться ближе к стене, двинулась к выходу.
Она выбралась на то место, где ночевали. Вещей yжe не было. Вдалеке медленно двигался темный силуэт Липатова. Зина прикинула на руке увесистую носовую скобу, захватила ее в ладонь, как кастет, и кинулась следом.
Вода местами доходила до пояса. Она торопилась, как могла. Липатов нес на спине тяжелый вещевой мешок, под мышкой — полено. Боясь поскользнуться и упасть, он шел, тщательно ощупывая ногами неровное каменистое дно.
Зина догнала его быстро.
Нервное возбуждение охватило ее. Она двигалась легко и уверенно. В общем шуме тонули всплески воды при ее движениях. Несколько шагов она шла Липатову в затылок, сжимая в руке тяжелую железную скобу, подкарауливая удобный момент. У нее не было ни жалости, ни сомнения, она знала, что сейчас сильно ударит Липатова и собьет его с ног. Она боялась только одного- промахнуться.
Нога Липатова скользнула. Он покачнулся, стараясь сохранить равновесие, отступил назад и повернулся боком. Еще мгновение — он увидел бы ее. Зина ударила его в голову, за ухом.
Она сознательно направила удар в эту точку. Когдато именно от такого удара она сразу потеряла сознание.
Липатов выронил полено. Колени его подогнулись, Течение тут же сбило его, он повалился прямо на Зину.
Она упруго согнулась, погрузилась в воду по самые плечи, но удержалась.
Волны захлестывали с головой, Зина поняла, что не сможет вытащить на берег Липатова и вещевой мешок.
Она сдернула лямки мешка, течение тут же уволокло его в темноту, следом за поленом. Только тогда Зина смогла поднять голову Липатова над водой и заглянула ему в лицо, пытаясь определить, не приходит ли он в себя. Тогда без колебаний ударила бы его еще раз.
Затем просунула ремень от сумки ему под мышки и потянула Липатова к выходу из тоннеля.
Уровень воды в устье речки Черной был сейчас ниже, чем в прошлом году. Зина, наконец, выбралась из-под скал, скрывающих начало подземного потока. Яркие солнечные лучи обожгли ее глаза.
Придерживая