Тайна Красного Дома

мы обязательно его увидим, и подумал, что разумнее всего рассказать про него откровенно.
— Но обязательно ли вы его увидели бы? Вы же все отправились играть в гольф.
— Мы бы обязательно его увидели, если бы он остался переночевать.
— Очень хорошо. Вот что мы установили: Марк знал, что Роберт останется в доме переночевать. Или сформулируем это по-другому: он знал, что нет никаких шансов сразу избавиться от Роберта.
Билл возбужденно посмотрел на своего друга.
— Продолжай! — сказал он. — Это становится интересным.
— И он знал что-то еще, — продолжал Энтони. — Он знал, что Роберт покажет вам себя во всей красе, едва познакомится с вами. Он не мог представить его вам как брата заездом в Англии из доминионов, возможно, говорящего с легким акцентом; он вынужден был сказать вам сразу же, так как вам следовало понять, что Роберт — пройдоха.
— Да. Звучит здраво.
— Так вот, не кажется ли тебе, что Марк принял свое решение чересчур быстро?
— То есть?
— Письмо он получил за завтраком. Прочел его; и, едва дочитав, тут же доверился вам всем. Иными словами, за одну секунду он все обдумал и принял решение — два решения. Взвесил возможность избавиться от Роберта до вашего возвращения и сделал вывод, что это нереально. Он взвесил возможность, что в кругу посторонних Роберт будет вести себя как нормальный порядочный человек, и сделал вывод, что это маловероятно. Он сделал эти два вывода во мгновение ока, пока читал письмо. Не слишком ли быстро?
— Ну, а объяснение?
Энтони помедлил с ответом, набивая и раскуривая трубку.
— Объяснение? Ну, пока оставим его, и снова поглядим на двух братьев. На этот раз в сопоставлении с миссис Норбери.
— Миссис Норбери? — удивленно сказал Билл.
— Да. Марк надеялся жениться на мисс Норбери. Так если Роберт действительно был пятном на фамильной чести, Марк принял бы одно из двух решений: либо полностью скрыть его существование от обеих Норбери, либо, окажись первое невозможным, самому рассказать им прежде, чем до них дойдут слухи. Ну, он рассказал им. Однако странность в том, что рассказал он за день до того, как пришло письмо Роберта. Роберт приехал и был убит позавчера — во вторник. Марк рассказал миссис Норбери про него в понедельник. Как ты это объяснишь?
— Совпадение, — ответил Билл после тщательного взвешивания. — Он с самого начала намеревался ей рассказать, его ухаживания обещали успех, и перед самым их завершением он рассказывает ей. Происходит это в понедельник. Во вторник он получает письмо Роберта и чертовски рад, что рассказал ей вовремя.
— Ну, могло быть и так, но совпадение довольно-таки странное. А вот еще кое-что, делающее его страннее дальше некуда. Меня это осенило только сегодня утром в ванне. Вдохновительное местечко — ванная. Так вот, он рассказал ей в понедельник утром на пути в Миддлстон в автомобиле.
— Ну и?
— Ну и вот.
— Извини, Тони, я нынче утром туповат.
— В автомобиле, Билл. А как близко автомобиль может подъехать к «Джелленд»?
— Примерно на шестьсот ярдов.
— Да. И по пути в Миддлстон по какому-то делу Марк останавливает автомобиль, проходит шестьсот ярдов вниз по склону в «Джелленд», говорит «Да, кстати, миссис Норбери, кажется, я никогда не говорил вам, что у меня есть нехороший брат по имени Роберт», поднимается шестьсот ярдов вверх по склону, садится в автомобиль и едет в Миддлстон. Правдоподобно?
Билл насупился.
— Нет. Однако я не вижу, к чему ты клонишь. Правдоподобно — неправдоподобно, но мы знаем, что поступил он именно так.
— Конечно, он поступил так. Я говорю только, что у него должна была быть какая-то веская причина сообщить это миссис Норбери незамедлительно. И причина эта, полагаю, заключалась в том, что утром — в понедельник, а не во вторник! — он знал, что Роберт едет к нему и что надо первым сообщить об этом.
— Но… но…
— И это объясняет второй момент, его мгновенное решение за завтраком рассказать вам всем про своего брата. Он знал в понедельник о приезде Роберта и решил, что вам всем следует узнать про него.
— Так как же ты объяснишь письмо?
— Ну, давай-ка заглянем в него.
Энтони вытащил письмо из кармана и разложил его на траве между ними.
«Марк, твой любящий брат приедет повидаться с тобой завтра прямо из Австралии. Предупреждаю тебя заранее для того, чтобы ты мог скрыть изумление, но, надеюсь, не радость. Жди его в три или около того».
— Как видишь, никакого упоминания даты, — сказал Энтони. — «Завтра», и ничего больше.
— Но он получил его во вторник.
— Так ли?
— Ну, он прочел его нам во вторник.
— О, да! Он прочел его вам.
Билл перечел письмо,