Тайна Крикли-холла

и каменными стенами подвала, запах мокрой земли, наполнявший едва освещенный подвал… и две фигуры, Пайка и Лорен, стоявшие у края старого колодца.
Пайк держал девочку, одной рукой прижимая ее к себе, а Лорен отчаянно сопротивлялась — толкая безумца головой, старалась ногами зацепиться за низкую стенку колодца, куда явно намеревался сбросить ее Пайк. При этом Лорен истерически кричала.
Не тратя времени на увещевания — тут явно ни к чему были ни доводы рассудка, ни угрозы, ни просьбы, — Гэйб бросился на убийцу.
Пайк слышал шаги на лестнице, но явно не ожидал столь стремительного нападения и невольно отшатнулся назад, тем самым отведя девочку от края провала. Он попытался взмахнуть тяжелой тростью, зажатой в другой руке, и отбить атаку, но инженер ударил прежде, чем Пайку удалось воспользоваться своим оружием.
Все трое рухнули на пол. Пайк вскрикнул от боли, но Гэйб уже перекатился по грязному и пыльному полу и мгновенно поднялся на одно колено, чтобы снова напасть на врага. Лорен лежала на боку, рукой хватаясь за край низкой стенки колодца, ее истерика мгновенно прекратилась.
Как только Пайк попытался встать, Гэйб ударил его кулаком, и высокий мужчина отлетел в сторону и растянулся на спине. Гэйб быстро шагнул к Лорен, все еще лежавшей рядом с колодцем. Он опустился рядом с ней на корточки и рывком заставил девочку сесть.
— Ты в порядке, малышка? — спросил он, перекрикивая рев подземной реки.
Она ответила ему испуганным взглядом, на щеках девочки были видны следы слез. Должно быть, она боролась с Пайком без передышки, подумал Гэйб. Лорен бросилась к нему и всхлипнула на отцовском плече.
— Все хорошо, — постарался успокоить отец, не уверенный, что дочь его слышит. — Никто тебя не обидит.
Внезапно он почувствовал, как Лорен напряглась, а пальцы ее сжались на его плече.
— Папа!
Через плечо отца она увидела, что Пайк поднимается на ноги. Гэйб стремительно обернулся, но оказался в слишком невыгодном положении, сидя на корточках, одной рукой обнимая Лорен.
Толстая, тяжелая трость с размаху опустилась, и Гэйб успел только выставить вперед левую руку, чтобы смягчить удар. Ошеломляюще острая боль парализовала руку до самого плеча, он задохнулся. Но, не обращая внимания на онемевшую конечность, Гэйб сумел встать на ноги.
Пайк стоял перед ним, выставив перед собой трость на манер меча, держа Гэйба на расстоянии. В его сузившихся глазах светилась откровенная злоба, и инженер мимоходом удивился тому, что мог счесть вот эти самые глаза добрыми. Пострадавшая рука Гэйба висела плетью, и Пайк прекрасно видел свое преимущество.
Гордон Пайк был крупным мужчиной и, несмотря на возраст, все еще обладал немалой силой. Он также проявил невиданную прыткость — когда внезапно ткнул Гэйба тростью в живот, инженер не сумел увернуться.
Гэйб, сбив дыхание, согнулся пополам. Он чувствовал себя так, словно его лягнула лошадь, прямо в солнечное сплетение. Инженер сумел не упасть, просто прижав руки к животу, но в этот момент оказался слишком уязвим.
Подняв трость высоко над головой, Пайк со всей силой обрушил ее на Гэйба, и трость треснула, сломалась пополам о спину и левое плечо Гэйба.
Инженер пошатнулся от удара, но все равно устоял на ногах. Он пытался выпрямиться, чтобы приготовиться к новому нападению, но смог только увернуться от следующего нападения. Голова у него закружилась, он отступил назад, теряя равновесие, и наконец Гэйб упал на пол и бессильно растянулся в пыли.
Лорен снова завизжала и хотела броситься к отцу, но Пайк, державший в руке обломок трости, загородил ей дорогу. Он держал палку на манер ножа, ее острый, зазубренный конец был направлен вверх, к потолку. Лорен уставилась на высокого бородатого мужчину, а он фальшиво улыбался ей, и его острый взгляд неотрывно следил за девочкой. Лорен попыталась прошмыгнуть мимо, чтобы обогнуть Пайка и добраться до отца, лежавшего на спине по другую сторону колодца. Но Пайк, определенно слишком подвижный и сильный для мужчины семидесяти с лишним лет, без труда поймал ее, схватил за руку и снова подтащил к краю глубокой черной дыры.
Внизу переполненная водой река выпирала в шахту колодца, рождая в узком пространстве черный стремительный водоворот. Он то поднимался выше, то опадал, в зависимости от давления воды.
— Пожалуйста, отпустите меня! — молила Лорен, но Пайк лишь наслаждался страхом девочки и подталкивал ее все ближе к низкой круглой стенке колодца.
— Пайк!
Высокий старик посмотрел через тускло освещенный подвал на Гэйба, который приподнялся на одном локте; боль явственно отражалась на его искаженном лице.
— Если ты ее тронешь, я тебя убью! — прорычал