Тайна Крикли-холла

сквозь розовые очки, но также увидел в Гэйбе много такого, что напомнило ему о собственной юности. Босс изучил биографию молодого инженера. Гэйбу повезло в том, что этот руководитель искренне интересовался людьми, находившимися под его началом, особенно молодыми и проявлявшими способности; любой другой начальник мог просто уволить нахального юнца, сделав три положенных предупреждения. И управляющий оказался прав. Его идея принесла плоды.
Поначалу Гэйб был ошеломлен новизной обстановки и благожелательностью новых коллег, а вскоре он как будто отогрелся и быстро растерял шипы с колючками. Раз в неделю молодой человек посещал курсы повышения квалификации и быстро сдал экзамены на высшую ступень инженерного дела, а вскоре стал и сотрудником Института строительного машиностроения. Постоянно накапливая опыт, он со временем добился солидного положения, много раз давал интервью в газеты, рассказывая о новейших технологиях и материалах. Поднимаясь по лестнице успеха, Гэйб встретил Эву Локли и моментально женился на ней. А через шесть месяцев после свадьбы на свет появилась Лорен…
Выпрямившись, Гэйб оглядел сложенное из кирпича-сырца помещение, обратив внимание на черные клочья паутины между потолочными балками. В одном из углов лежала куча угля, рядом с ней — дрова. Водогрей внезапно перестал булькать, и отдаленный гул бегущей воды достиг ушей Гэйба.
Этот шум доносился из темного, похожего на пещеру, большого подвала, скрытого за дверью, где в самом центре располагался круглый колодец, примерно десяти футов в диаметре, и этот колодец доходил до подземной реки, протекавшей прямо под домом. Края старого колодца, выложенные из камня, возвышались над полом всего на полтора фута. Когда Гэйб показывал жене и детям колодец — это и был обещанный им сюрприз, — он еще раз повторил, обращаясь к Келли, чтобы она никогда не спускалась в подвал одна.
Продолжая осматриваться, Гэйб передернул плечами, потом крепко потер шею ладонью, одновременно поворачивая голову то в одну сторону, то в другую, стараясь расслабить мышцы, затекшие во время долгой поездки. Куски ржавого железа, сломанные стулья и детали неведомых механизмов валялись тут и там, будто подвал служил складом для старого барахла. В дальнем углу Гэйб разглядел допотопное точило с каменным кругом и ножной педалью. Воздух внизу отличался промозглостью и повышенной влагой, а из колодца поднимался холод. Когда Грейнджер, управляющий, показывал Гэйбу дом и окрестности, он сказал, что эта подземная река — именуемая Нижней рекой — течет от ближних вересковых пустошей к морю, к деревне Холлоу-Бэй, параллельно речке Бэй. А рядом с дельтой она выходит на поверхность, где обе реки и сливаются. Нечего и удивляться, подумал Гэйб, что в доме так холодно.
Он хлопнул ладонью по бездействующему генератору.
— Позже, — пообещал он себе и ему.
Затем, вытерев грязные руки о джинсы, направился к проему, ведущему в основную часть подвала, стараясь не споткнуться о груды мусора.
Гэйб любил механизмы. Он любил чинить все — от автомобильных моторов до сломанных часов. Много лет назад он развлекался тем, что покупал старые мопеды, разбирал их и снова собирал — не столько для того, чтобы отремонтировать, сколько ради забавы. Но Эва заставила его отказаться от этого ради безопасности семьи. В их лондонской квартире, в комнате, которую Гэйб использовал как рабочую, стояло множество полок со старыми механическими игрушками — там были марширующие солдаты, ярко раскрашенные поезда, крошечные модели легковых автомобилей и грузовиков, часы, купленные в основном у старьевщиков и разъездных торговцев. Каждый из механизмов Гэйб сначала разобрал, а потом, почистив, собрал заново, возвращая их к жизни. Гэйб наслаждался даже запахом механизмов — запахом смазки, масла, самого металла. Он наслаждался звучанием моторов, работающих с полной нагрузкой или на холостом ходу, особым звуком движущихся зубчатых колес и храповиков. И в прошлом, по субботам, он не мог придумать ничего лучшего, как повести детей, совсем еще маленьких, в Научный музей в Южном Кенсингтоне, чтобы показать гигантские паровые двигатели, выставленные там, вскарабкаться вместе с малышами в кабину, объяснить им, как работает каждое колесико, заставляя действовать огромные механизмы. И благодаря великому воодушевлению Гэйба Лорен заскучала только во время четвертого посещения музея. Келли, которую Гэйб держал на руках, была еще слишком мала, чтобы понять хоть что-то, зато Кэм застывал от восторга и благоговения каждый раз, когда видел величественных железных мамонтов.
Гэйб поспешил отогнать от себя воспоминания: сегодняшний день должен быть именно «сегодняшним», днем неотложных