Тайна Крикли-холла

ли в спальню. Но когда в дверях кабинета появилась Магда с перекошенным от ярости лицом, дети мгновенно бросились по своим местам за партами.
Когда мисс Линит снова спустилась в холл, можно было не сомневаться: у нее состоялась долгая беседа со Сьюзан Трейнер. Маленькие хорошенькие губки мисс Линит сурово сжимались, в ее ореховых глазах пылал гнев. Большая вязаная шаль, как обычно, прикрывала ее больную руку, но пальцы другой руки сжимались в крепкий кулачок. Мисс Линит решительным шагом пересекла холл и прямиком направилась к кабинету, чтобы снова высказать кое-что Магде, уже вернувшейся к своему письменному столу.
Маврикий, все так же стоявший в дверях классной, полуобернулся, чтобы шикнуть на детей, взволнованно шептавшихся друг с другом. Боясь его, они моментально замолчали.
Маврикий снова услышал звуки голосов мисс Линит и Магды.
— …в аптеку, в деревню… — говорила молодая учительница. — Я куплю все необходимое для бедняжки Сьюзан и научу ее, как пользоваться такими вещами.
— Вы сегодня не покинете классную! — заявила Магда, и Маврикий подумал, что в ее жестком тоне вроде бы слышатся нотки неуверенности. — Девочка может воспользоваться старыми полотенцами, пока кровотечение не кончится.
Кровотечение? Поток крови? Маврикий был слишком смущен, чтобы понять хоть что-то. Значит, кровь вытекает изнутри Сьюзан, прямо из ее тела? Но как это могло случиться? Наверное, Магда объяснит ему потом. А в тот момент он понимал лишь одно: Сьюзан совершила какой-то ужасный грех, за который и была наказана.
— Не болтайте ерунды! — Голос мисс Линит зазвучал резко. Маврикий никогда не слышал прежде, чтобы она говорила вот так. Девушка всегда была такой тихой и хорошо воспитанной… — Она нуждается в настоящих гигиенических прокладках, и они ей нужны как можно скорее. У нее впервые наступил период, она испугана и чувствует себя плохо. И я не думаю, что ночь, проведенная без одежды в холодном сыром подвале, улучшила ее состояние!
— Да как вы смеете говорить со мной в таком тоне? — Неуверенность уже отчетливо прорывалась сквозь негодование Магды. — Мистер Криббен все узнает о вашем дерзком поведении, узнает сразу, как только вернется! Вы, сопливая девчонка, сами-то от горшка два вершка, а осмелились дерзить мне!
— Буду ждать возвращения вашего брата с нетерпением. Мне есть что сказать ему насчет того, как он выполняет свои опекунские обязанности. Вы с вашим братом бесчеловечны по отношению к детям…
Маврикий был просто потрясен вызовом, прозвучавшим в словах учительницы. Ему бы и в голову не пришло, что у нее хватит духу держаться так смело. До сих пор она казалась робкой и тихой.
— …и это должно прекратиться. Дети заслужили того, чтобы с ними обращались тепло и без чудовищных наказаний. Я поговорила с Сьюзан, и она рассказала мне о ваших презренных воспитательных мерах, о том, что вы бьете детей, когда меня здесь нет! Я вообще-то и сама подозревала об этом с тех самых пор, как приехала в Крикли-холл. Дети слишком слабы и испуганны — нет, запуганы — вами и мистером Криббеном, и я даже не вполне понимаю, по каким причинам вы так поступаете. Но теперь я знаю обо всем и не позволю, чтобы это продолжалось. Я намерена связаться с властями, я напишу письмо и буду настаивать на том, чтобы сюда прислали инспекцию и расследовали мои жалобы. И уж я сама постараюсь проследить, чтобы дети все рассказали.
— Вы не сделаете ничего подобного.
Маврикий чуть не вздрогнул, услышав угрозу в голосе Магды.
— Меня ничто не остановит! Надеюсь, вы позанимаетесь с детьми, пока я схожу в деревню за всем необходимым для Сьюзан?
Она снова вышла из кабинета, и Маврикий услышал быстрые шаги Магды, догонявшей учительницу. Мисс Линит как раз поравнялась с открытой дверью подвала, когда Магда окликнула ее. Девушка обернулась — и женщина ястребом бросилась на нее.
Магда закричала прямо в лицо молодой учительнице:
— Вы не выйдете из этого дома!
Маврикий никогда не видел Магду настолько разъяренной. Гневной — да, суровой — постоянно, это была ее обычная манера поведения, но ни разу прежде ему не приходилось видеть, чтобы Магда до такой степени теряла власть над собой, даже тогда, когда собиралась выпороть кого-то из детей кожаным ремнем (вообще-то она всегда делала это совершенно спокойно). Грубые черты Магды исказились, она побледнела куда сильнее обычного, и слова вылетали отрывисто, резко — она буквально выплевывала их, Маврикий видел капельки слюны…
Поначалу, то ли от неожиданности, то ли чтобы увеличить расстояние между собой и взбесившейся женщиной, мисс Линит сделала шаг назад, так что открытая дверь оказалась как раз за ее спиной. Но потом она опомнилась, ее лицо