Тайна Крикли-холла

трость изогнутой рукояткой от себя и быстро наклонился вперед. Он снова поймал Эву! Он зацепил ее тростью за лодыжку, и она упала, ударившись грудью и одним локтем о край верхней ступени.
— Хочешь испытать боль, Эва? Я могу сделать тебе больно! — проревел Пайк.
Визг Лорен отскочил от стен, потолка и каменного пола. Девочка остановилась и повернулась к матери, чтобы помочь той встать.
— Оставь меня! — закричала на нее Эва. — Беги, скорее беги отсюда!
Но Лорен отказалась бросить мать. Она подсунула руку под плечо Эвы и отчаянно пыталась поднять ее.
Трость Пайка взметнулась и ударила Эву по спине так, что женщина снова распласталась на лестнице.
Она наполовину развернулась и лягнула Пайка, ее нога угодила ему точно в живот. Он чуть было не полетел назад, но каким-то чудом удержал равновесие. Лишь слегка задохнувшись, он снова поднял свою тяжелую трость.
Эва высвободилась из рук Лорен и повернулась лицом к Пайку, чтобы защищаться. Но слишком поздно: трость опустилась, ударив Эву по голове. Она упала на спину и как сквозь туман услышала и крик Лорен, и другой, тоненький голосок… голос Келли, визжавшей с галереи:
— Отстань от моей мамули!
Эва перевернулась на живот и попыталась встать на руки и колени, но трость тут же ударила ее сзади по плечу — и все исчезло.

Видения снова поплыли перед глазами Лили. Она потеряла их на некоторое время, когда ее собственные ощущения, нормальные, всплыли на поверхность, возвращая ее к сознанию. Но теперь пришлось снова принимать вернувшиеся картины…
Опекун, которого звали Августусом Криббеном, все еще обнаженный, сплошь покрытый свежими и старыми шрамами, выделявшимися на бледной коже, собирал по всему дому маленькие трупы. Он относил тела детей к началу лестницы, ведущей в подвал, потом сбрасывал их вниз, и еще теплые тела катились по ступеням и падали безжизненно у основания ступеней. Рев стремительно бегущей воды доносился из колодца, наполняя весь подвал, — подземная река бушевала.
Сьюзан Трейнер была последней, кого он потащил к подвалу, и он просто волочил ее тело за собой по полу, потому что ужасно устал от всех этих убийств и перетаскивания трупов, а бешеный демон в голове так и не желал оставить его в покое. Безумные глаза Криббена налились кровью от боли.
Криббен дотащил тело до верхней ступени, потом толкнул его ногой, оно покатилось вниз, чтобы присоединиться к своим товарищам по несчастью.
Криббен прижал обе ладони к вискам, будто желая выдавить из головы боль, но облегчения не почувствовал.
Спотыкаясь, он вышел на середину холла и поднял свою палку-плеть, брошенную на время, пока был занят перетаскиванием трупов. Он закричал, хлестнув себя палкой, но не от удара, а для того, чтобы отвлечься от куда более сильной боли внутри собственного черепа.
Немного погодя Криббен потащился к широкой лестнице и с трудом поднялся на маленькую площадку. Струи дождя хлестали по стеклам высокого окна с устрашающей силой, под порывами ветра сотрясались рамы. Криббен повернулся лицом к холлу и раскинул руки, высоко подняв палку, покрытую пятнами крови: он предавал себя воле Господа. Он выполнил свой долг.
Он преподнес души всех этих детей своему Богу. И нашел успокоение для собственной истерзанной души.

Видение Лили наконец окончательно угасло, и она слегка пошевелилась на мокрой лужайке.

Молния осветила дом, стоявший на другой стороне реки, и Гэйб, которому до этого момента не удавалось рассмотреть темное здание сквозь плотную завесу дождя, увидел его. Да, сухо подумал он, Крикли-холл даже выглядит как дом с привидениями, особенно в такую ночку.
Молния полыхнула и погасла, и гром сотряс небеса почти над самой головой Гэйба, а Крикли-холл снова исчез во тьме. В нем не светилось ни одно окно… нет, если хорошенько присмотреться, решил Гэйб, то кое-где можно заметить слабое свечение. Но оно было слишком слабым, и вовсе не из-за того, что дождь мешал смотреть. Гэйб подумал, не случилось ли аварии с электричеством и не сломался ли снова генератор; если машина работает не в полную мощность, то свет и должен быть как раз таким.
Гэйб наклонился поближе к своему спутнику.
— Вы в порядке, Перси? — Ему пришлось кричать, чтобы его голос пробился сквозь шум ветра.
— Конечно в порядке, мистер Калег! — прокричал в ответ Перси. — Но мне не нравится, как выглядит река!
Перси был прав. Они с Гэйбом стояли на дороге, а мост и река находились всего в нескольких ярдах перед ними. В ярком, но