Тайна Полтергейста

— Смотри на карту! Где наши?!
— Я не вижу, — ответил Фармер. — Радиус приёма тридцать метров, если помнишь.
— Вы же пользовались сигналом со спутника!
— Все железки таскал Уотсон! У меня доступа нет! Борланд, что с твоими руками?
Стиснув зубы, Борланд вытащил наушник и сунул в ухо.
— Порезался немного, — ответил он и отвернулся, чтобы Фармер не зацикливался на бинтах.
— Уотсон, ты меня слышишь? — спросил он. Наушник издавал лишь статические шумы.
— Уотсон! — рявкнул Борланд, покосившись на Фармера. — Ты где?!
— Литера? — спрашивал Фармер в собственный микрофон. — Храни их Шакти… Борланд, они исчезли!
Борланд в отчаянии посмотрел на свои руки и заставил себя успокоиться.
— Я оставлял тебе моё оружие, — сказал он.
— Второй «эфэн» взял Уотсон. Я отдам тебе свой.
— Нет, — произнёс Борланд, шагнув к парню. — Стрелять придётся тебе. Если найдём, в кого. Я временно небоеспособен.
Фармер кивнул.
— Ты ещё не стрелял по живой мишени? — спросил Борланд. — Так ведь?
— Если Литера и Уотсон мертвы, я выстрелю в любого, кто в этом повинен, — процедил Фармер. — Будь уверен.
— Тогда двигайся первым, — сказал Борланд. — Я теперь могу лишь прикрывать.
«И морально поддерживать», — подумал он. У них просто не было шанса, разыскав контролёра, подобраться к нему незамеченными.
Разве что тот будет занят.
Поеданием добычи…
Борланд вытащил свой пистолет. Рука запульсировала, передавая волны боли всему телу, но сталкеру было уже наплевать. Он разъярился не на шутку и даже не пытался сдерживаться. На то, чтобы выстрелить, простой ярости могло не хватить, и сталкер это понимал.
— Двигайся по дороге, — велел он. — Вверх не смотри. Впрочем, один раз можешь посмотреть. Иначе тебе постоянно будет этого хотеться.
— Говори со мной, — попросил Фармер. — Как нам подобраться к контролёру? Каковы наши шансы? Каковы шансы Уотсона и Литеры?
— Этого никто не знает, — сказал Борланд, озираясь по сторонам и следя за тылом. — Я бы очень хотел сказать тебе что-то ободряющее, но это будет обман, который приведёт нас обоих в ловушку. Нам нужно выбраться отсюда. Если тебе хочется убить меня, то мы сможем обсудить это в другом месте. Если хочешь, пойдём обратно прямо сейчас.
— Нет, — сказал Фармер. — Я не сделаю этого.
— Продолжай, — говорил Борланд. — Здесь никого нет. Быть может, Литеру и Уотсона ты никогда не увидишь. Так что вперёд. Говори, зачем вы здесь, почему помогаете мне. Я не верю в ваш альтруизм.
— Причина в Литере, — ответил Фармер, заглядывая за угол и сразу же заходя за него. — Она попросила меня помочь, и я согласился.
— Очень хорошо. Что связывает тебя с Литерой и почему ты рискуешь ради неё головой?
— Я не могу этого сказать.
— А клал я на то, что ты не можешь этого сказать. Я хочу знать и требую ответа.
— Тебе зачем? — продолжал противиться Фармер. Он заметно напрягся.
— Затем, что здесь можно сдохнуть. Рассказать тебе как? Или ты ещё не понял?
— Замолчи.
— А хрен тебе в рыло?! Фармер, тебя вообще как зовут по-настоящему?
— Заткнись, я сказал!
— Я пока ничего такого не услышал, что мне интересно. Зачем ты здесь? Это простой вопрос. Уж совсем не для того, чтобы уберечь Литеру. Но при этом ты готов сдохнуть, если этого пожелает она? Прибавь громкость, я что-то тебя не слышу.
Фармер остановился и, резко разворачиваясь, врезал Борланду прикладом в живот. Тот согнулся и выдохнул.
— Ну давай, пристрели меня! — проскрежетал Борланд. — Никто не видит!
— Пристрелить?! — заорал Фармер. — Пулю на тебя тратить?!
Он, размахнувшись, приложил Борланда ещё раз. Уже по голове.
Борланд грохнулся лицом вниз. Полежав какое-то время, сталкер медленно приподнялся. Боль в ладонях уже невозможно было сдерживать, и он прекратил всякие попытки.
— Много вопросов для одного дня, — сказал Фармер, смотря на винтовку взглядом человека, который впервые воспринял оружие как оружие, а не как забавную красивую игрушку. — Вставай. Пойдёшь первым. Аномалию, в которую ты вступишь, я назову твоим именем.
— Ты ненавидишь меня, да? — спросил Борланд, шатаясь и отирая рукавом кровь с рассечённого лба.
— А ты совсем плохой стал, — произнёс Фармер. — Литера моя подруга, и я ей помогаю… Ну, мать твою, да! Я признаю, что облажался! Не знал я, что такое реальная опасность! Всё, я сказал! Ты это хотел услышать, сволочь?!
— Да, — сказал Борланд, похлопав Фармера по плечу. — Именно это. Цепочку продолжишь сам.
— Какую цепочку?
— Следствий. К чему приводит твой пацифизм и насколько он мешает в Зоне. Я понял, что ты никакой не боец. Понял, когда увидел твой нож.
Борланд направился