Год 1944-й. Винница. Ставка Гитлера – бункер под кодовым названием «Вервольф», захваченный советскими войсками… Какие тайны он хранит? Для чего вообще был построен гитлеровцами в самом начале войны этот один из крупнейших и наиболее укрепленных по тем временам подземный комплекс? Почему после войны были замурованы все входы в бункер? Что там внизу – секретный завод? Экспериментальная лаборатория? Или… вход в параллельный мир?
Авторы: Таругин Олег
истине. Естественно, подростковый максимализм и стремление к ставшей вдруг доступной правде сыграли свою роль. Скандал был большой, с распитием валокордина мамой и водки папой и дедом, поношением тогдашнего генсека-ренегата и заявлениями о моей никчемности и поверхностности моих исторических знаний.
Потом все как-то улеглось, меня призвали в армию, где я оказался в разведроте. Спустя несколько лет я уже служил в спецназе Главного разведуправления тогда еще Советской армии, точнее, проходил подготовку как будущий диверсант.
Вы будете смеяться, но я до сих пор не знаю, что же все-таки повлияло на мое решение — то ли детские впечатления от общения с дедом, то ли подсознательное желание оказаться среди главных соперников и конкурентов «его» организации.
Рассказывать о своей службе я не стану — тема это, конечно, очень интересная, но совершенно не имеющая никакого отношения к нашей истории. А вот про деда я — с вашего позволения — еще немного расскажу…
Несмотря на все свое категорическое неприятие потрясших страну перемен, дед благополучно прожил до середины девяностых, пережив бабушку — милейшую, тихую и безропотную женщину, как я теперь понимаю, совершенно задавленную его авторитетом, — почти на десять лет. Особо дружеских отношений между нами за эти годы не было, но и враждовать мы с ним не враждовали — глупо это, не по-родственному как-то. Кроме того, дед всегда уважал мой жизненный выбор и, как мне кажется, даже слегка гордился внуком. Хотя открыто этого ни разу не высказал. Умер он тихо, оставив мне по завещанию ту самую квартиру, в которой мы с вами побывали в самом начале моего рассказа, и… свой старый сейф, ключи от которого канули в вечность вместе с ним.
Переехав со съемной квартиры в добротную дедовскую «сталинку», я, честно сказать, про этот злополучный сейф просто позабыл — не до того было. Сам волнительный момент переезда, пьянка-новоселье с боевыми друзьями, ремонт, служебные заботы… Вспомнил я о нем только месяца через два, сидя с сигаретой и бутылочкой пива на балконе и размышляя о прелестях собственной жилплощади, да еще и во время заслуженного отпуска.
Я человек в принципе на подъем легкий — встал и пошел в бывший дедовский кабинет. Сдвинул в сторону знакомую репродукцию на стене и уставился на запертую металлическую дверцу.
Следующие полчаса я искал ключи, которые, как помнилось с детства, дед хранил в верхнем ящике допотопного письменного стола, покрытого истершимся от времени зеленым сукном (это, конечно, был большой секрет, но разведчик, видимо, жил во мне еще с младых ногтей — местонахождение ключей от сейфа с заветным «Вальтером» я вычислил еще лет в двенадцать. Правда, сам я сейф так ни разу и не открывал — боялся вызвать дедов гнев). Пошуровав во всех ящиках и убедившись в «наличии отсутствия» искомого предмета, я задумался о целесообразности продолжения дальнейших попыток вскрыть сейф — о том, что там лежат старый пистолет, две коробки патронов к нему, дедовы награды и какие-то старые документы, я и так знал. А развивать на ночь глядя бурную деятельность в духе бывалого медвежатника Федьки Быка из «Зеленого фургона» мне как-то не сильно хотелось.
Подумав еще с две сигареты, я вытащил кое-какие специфические инструменты (умение вскрывать замки разных систем входило в курс обязательной подготовки диверсанта) и принялся за работу. В принципе, проще было бы расстрелять замок из пистолета с ПББС — на тот момент у меня уже был подобный в… м-м-м… так сказать, частном пользовании — соседи бы все равно ничего не услышали, но делать этого мне почему-то не хотелось. Вот я и занялся дурной работой…
Часа через полтора, морально уже полностью созрев для стрельбы по этому исчадию мира замков и запоров, я услышал долгожданный щелчок.
С удивлением обнаружив, что уже почти половина второго ночи, я тем не менее не пошел спать, а занялся изучением содержимого побежденного сейфа. На свет электрической лампы появился знакомый девятимиллиметровый «Вальтер» Р38, запасная обойма, две упаковки родных, произведенных, судя по маркировке, еще в начале сороковых, патронов, коробочки с дедовыми наградами, перетянутая резинкой пухлая пачка каких-то старых документов: орденских книжек, истертых по углам сберкнижек, удостоверений и даже серый, сталинского образца, паспорт и… второй комплект ключей к сейфу (ну дедуля, ну шутник!).
А вот то, что я обнаружил затем, было куда более интересным и неожиданным: во-первых, замшевый мешочек-кисет, наполненный десятком высших нацистских военных наград. Там же обнаружилась золотая заколка для галстука в форме орла («Уж не с мундира ли Самого?» — в шутку подумал я) и несколько позолоченных партийных значков национал-социалистической
