Аннотация Олма-Пресс:За пределами общественного внимания группа западных компаний ведет уникальные исследования по управлению случайностями. И достигает ошеломляющих результатов — из крови удачливых людей выделено особое вещество, позволяющее сконцентрировать везение в некотором промежутке времени. Но что произойдет потом, когда действие препарата закончится?
Авторы: Сашнева Александра
было вкуснее. Но… Спасибо маме.
А Поль бесил.
— Не обзывайся! — огрызнулась Марго. — Никакая я не эмансипированная. Самая обычная. Как все! Это мужчины придумали так обзываться, чтобы нормальные тетки считались выскочками и чеканутыми.
— Это кульно, то что ты нарисовала! — сказал Андрэ, не обратив никакого внимания на эту короткую перепалку. — Мне нравится это психоделлическое поле. Оно впечатляет! Макс, тебе нравится?
— Ну да… — Макс бросил короткий взгляд, оторвавшись от журнала. — Ничего себе.
И Марго воодушевилась еще больше. Если бы она была воздушным шариком, она уже качалась бы под потолком.
— По-моему бред, — сказал Поль. — Не понимаю, зачем художники рисуют что-то кроме девушек. Мне больше нравятся те холсты, которые ты начала у Аурелии. «Девушка на проволоке», например. Хотя на мой взгляд, нарисовать надо было аккуратнее.
— Девушка на проволоке? — переспросила Марго. — Да. Тоже хорошая. Но это — другое. Совсем другое. Честно говоря, меня прет от этого катафота. В нем что-то есть такое… короче от него прет. Как от кислого или от строба на дискотеке. Меня прикалывает это, хотя в этом, возможно, нет ни грамма живописи.
— Девушка на проволоке? — переспросил Андрэ. — А где на нее можно взглянуть? Ты выставляешься в галереях?
И он скользнул по фигуре Марго оценивающим взглядом.
— Да… У меня будет выставка. И… Можно посмотреть прямо в мастерской, а еще у меня есть диапозитивы. — Коша метнулась в прихожую, торопливо вытащила слайды из кармана куртки и принеслась обратно. — Вот!
Она опустила стопочку в огромную, с длинными нервными пальцами, руку Андрэ, и репортер улегся на тахту смотреть. Он долго лежал на спине и разглядывал снимки. А она, затаив дыхание, любовалась, как густые волосы репортера раскинулись вокруг головы опасным черным нимбом.
— Хорошие, — сказал Андрэ. — Я могу взять их?
— Д-да, — нерешительно кивнула Марго. — Наверное можно. Хотя это мои единственные слайды. Плохо будет, если они потеряются… но…
Она вспомнила про вторую стопочку, оцененную Валерием минимально. Возникло желание отдать репортеру и те диапозитивы, но Маргоподавила это желание. Если они не понравились Жаку, то почему они понравятся Андрэ?
— Я верну, — улыбнулся Андрэ. — Куда тебе можно позвонить?
Марго с волнением назвала телефон. Она не рискнула спросить номер репортера, во-первых, потому что не была уверенна, что тот сообщит его, а во-вторых, все это время рядом стоял Поль и размешивал сахар в чашечке кофе.
— Ну все! С делами покончено! — объявил Андрэ. — Мы с Максом собирались на дискотеку. Мадмуазель и ее друг не захотят поехать с нами?
— М-м-м.. — Марго посмотрела на Поля.
Тот кивнул.
— Отлично! — объявил репортер и щелкнул пальцами. — Макс! Разминка! Доставай наши запасы!
— Угощайся! — сказал Макс, доставая из кармана портсигар с готовыми голландскими косяками. — Кто ж на дискотеку без запала едет?
— Спасибо! — сказала Марго, вытащила один и прикурила от зажигалки Андрэ, которую тот уже успел вытащить и зажечь.
Вдохнув, Марго приготовилась услышать в голове шум афганского ветра, но потянуло лишь слабым сквознячком. Чего бы не быть во Франции наркоманом? Это так же, как они пьют водку. (На палец водки и полный стакан апельсинового сока. Умереть-не-встать!) Косяк пошел по кругу.
Между делом Гитлерюгенд извлек из сумки одну за одной несколько коричневых бутылок.
— Держи! — лихо сорвав пробку он протянул одну Марго. — Плиз!
Вторую бутылочку он сунул в руки Поля.
— Можно, конечно, и пиво, — проскрипел тот. — Но кто поведет машину, если мы все напьемся?
Склонность к обстоятельности не позволяла ему выпить прежде, чем выяснятся все условия.
Андрэ взял бутылочку сам и улыбнулся:
— Я поведу. У меня есть оличный антиполицай!
— Да ты пей! Нудила! — шлепнул его по плечу Гитлерюгенд, но Поль недовольно дернулся.
— Я же просил не называть меня так!
— Ну не буду! Не буду! — успокоил его Макс. — А ты не тормози!
Поль поднес бутылочку к губам. И сделал маленький глоточек.
— И правда, ничего… Я люблю густое пиво. У пива должен быть вкус. Только мне кажется, что в нем маловато оборотов. И черезчур сладко.
— Это тебе кажется, потому что плотность высокая, — успокоил его Макс и опять шлепнул по плечу.
Поль дернул лопаткой.
— Я же просил! — взвизгнул Поль.
— А что?! — Гитлерюгенд вытаращил глаза. — Я же не называл тебя нудилой!
— Хлопать тоже не надо!
— Не буду! Без вопросов! — Гитлерюгенд сделал успокаивающий жест. — Как скажешь! Я и не думал, что тебя это может задеть!
