Тайный роман

двери и мог видеть только парадный вход. А уж что там был сзади дома, этого я знать не могу.
Должно быть, думал Энтони, убийца пришел через заднюю дверь. Он мог проследить за Терлоу вчера вечером или был знаком с ним и знал, что тот вернется пьяным поздно и будет спать до обеда. Терлоу мирно лег спать и не слышал, как кто-то вошел в комнату. Возможно, он так и не понял, что случилось. Убийца приложил пистолет к его голове и спустил курок, а потом устроил все так, чтобы это было похоже на самоубийство, тщательно обыскал квартиру, написал записку и покинул дом через заднюю дверь.
Но если Гастингс нанял Слипа следить за Терлоу, размышлял Энтони, то предположение, что Гастингс сам убил своего подручного, разлетается в прах.

– Должно быть, она почувствовала себя бесконечно униженной, когда вы предложили ей деньги, – сказала Эмма – из вашего описания можно сделать вывод, что женщина эта из хорошей семьи, образованная и, наверное, принадлежит к респектабельному обществу. Возможно, остатки гордости помешали ей понять вашу доброту и принять помощь.
– Полагаю, вы правы, – задумчиво отозвалась Луиза, вспоминая вчерашнюю сцену на ночной улице – она казалась очень обиженной.
Леди пили чай в библиотеке. Утро в этот день выдалось ясным, но уже к полудню туман начал возвращаться и теперь маленький парк за окнами домом номер две надпить на Арден-сквер был укутан белым дымом.
– Это очень печальная и, к сожалению, распространенная история, – сказала Эмма, подливая себе чаю – в газетах часто появляются сообщения о несчастных женщинах, которых нужда заставила выйти на улицу. Даже если она леди, но смерть или болезнь мужа оставила ее без гроша, то не так много способов прожить достойно. А ведь случаются еще разводы, долги, банкротства – и все это обрушивается на бедных женщин, повергая их в мгновение ока из обеспеченности в нищету.
– Да, я знаю, – кивнула Луиза.
– Конечно, моя дорогая, кому, как не вам, понимать происходящее. Однако я хотела бы подчеркнуть, что, не смотря на несчастье, случившееся с вами, вы сумели побороть обстоятельства. Точнее будет сказать, что вам досталось больше, чем другим. Дважды вы оказывались гранью благополучного существования, но, все же, не стали уличной проституткой.
– Мне повезло.
– Нет, – твердо возразила Эмма – везение здесь абсолютно ни при чем. Просто вы очень способная, моя дорогая. После смерти вашего отца кредиторы забрали все, кроме книг. Но вы сумели наладить торговлю, использовав имеющиеся у вас знания, и даже смогли получать прибыль и материально обеспечить себя! После того, что случилось с лордом Гэвином, вы сменили имя, написали самой себе рекомендации и обратились в агентство. Только собственная изобретательность, воля и решимость помешали вам оказаться на панели, Луиза. Вы имеете основания гордиться собой, и я хочу, чтобы вы помнили об этом.
– Вы так добры ко мне, Эмма, – с благодарностью сказала Луиза.
– Пустяки, милая. – Эмма поколебалась, но все спросила: – но что именно так вас расстроило? Почему вы все время возвращаетесь мыслями к этой женщине, с которой разговаривали вчера?
– Честно говоря, даже не знаю. Не думаю, что она давно лишилась средств. Ее одежда – и плащ, и вуаль, и перчатки – очень хорошего качества и вполне модные. Если она знала, что после смерти мужа ей будет не на что жить, к чему тратить деньги на столь дорогой траурный наряд?
– Возможно, она не представляла себе масштабов катастрофы до похорон. Так часто случается. Мужья никогда не посвящают жен в финансовые проблемы. И вдовы понятия не имеют, каковы их денежные дела. А потом оказывается слишком поздно.
– Вы правы. Что ж, нужно выбросить это из головы, тем более что сделать я ничего не могу. – Луиза отодвинула чайную чашку и открыла свой блокнот. – Если вы не возражаете, Эмма, я хотела бы задать вам еще несколько вопросов о Виктории Гастингс.
– Конечно, дорогая. Но почему вас это интересует?
– Мистер Столбридж полагает, что Гастингс убил ее – точно так же как убил Фиону Ризби. И мне пришло в голову, что раз нам никак не удается найти мотив для убийства Фионы, то имеет смысл поискать мотив для убийства жены. Мне почему-то кажется, что эти два убийства как-то связаны между собой.

После ленча Луиза пошла в книжный магазин Дигби. Дорожка вела через укутанный белесой пеленой парк, и ей казалось, что она плывет в море облаков. Туман сгустился до состояния полной непрозрачности, но Луиза хорошо знала дорогу, а потому шагала спокойно. Она была почти уверена, что в парке, кроме нее, никого нет. В такую погоду няньки не выводят гулять малышей и мальчишки