Известный в гламурных кругах фотограф после смерти матери неожиданно становится богатым наследником. Однако уже на следующий день его жизнь превращается в кошмар: в него стреляют, пытаются запереть в психушку и обвинить в убийстве, которого он не совершал. Александр Бродка не понимает, что за ним охотится самая могущественная в мире организация — ватиканская мафия…
Авторы: Ванденберг Филипп
По дороге в Неми Зюдов услышал в новостях о теракте в Ватикане. В ранние воскресные часы на колоннаде Бернини взорвались статуи двух святых, номер тринадцать и четырнадцать. Сообщалось, что в теракте угадывается почерк «Красной бригады». Кроме того, на площади Святого Петра была обнаружена бумажка со значком этой террористической группировки — пулемет над пятиконечной звездой.
Когда Зюдов рассказал об услышанном Бродке, тот весь обратился в слух.
— Святые номер тринадцать и четырнадцать, говорите?
— Да. Для вас это имеет значение?
Бродка торопливо полез в небольшой чемодан, лежавший в шкафу.
— Вот, это запись с кассет, насколько я мог понять, о чем там речь. — Вынув листок, он протянул его Зюдову.
— Прочитайте, это ведь не совпадение!
На листке было написано: «Операция „Urbi et orbi“ — Sancti
13 и 14 — Бернини — Иоанна 8:46 — Асмодей».
Зюдов пробежал запись глазами, вопросительно поглядел на Бродку и снова вернулся к прочитанному.
— У вас есть этому объяснение?
Бродка надолго задумался.
— До сих пор не было, — сказал он наконец, — но после того, что случилось на площади Святого Петра, я начинаю догадываться.
— Что означает операция «Urbi et orbi»?
— Этого я не знаю. — Бродка пожал плечами. — В любом случае очень цинично использовать понятие пасхального благословения.
— Можно сказать и так. Но к чему такая таинственность, зачем эта странная шифровка?
Бродка горько усмехнулся:
— В двух вещах Церковь — настоящий виртуоз: когда дарит надежду и когда хочет создать тайну. В остальном в этих кассетах нет ничего особенного.
Прочитав запись в сотый раз, Зюдов подошел к телефону.
— Я знаком с одним падре, который досконально знает Библию. Надеюсь, он нам поможет.
Зюдов набрал номер и поинтересовался, как звучит стих Иоанна 8:46. Ответ пришел быстро, и Зюдов стал записывать на листок: «Кто из вас обличит Меня в неправде? Если же Я говорю истину, почему вы не верите Мне?»
— Вам даже не пришлось обращаться к Библии, — удивленно заметил Зюдов своему собеседнику.
— Фокус, — ответил падре. — Этот текст начинает сегодняшнее Евангелие от Иоанна по случаю еврейского страстного воскресенья.
— По случаю пасхального воскресенья?
— Именно.
Зюдов поблагодарил падре и положил трубку.
Бродка все слышал.
— Вы все еще верите в теракт «Красной бригады»?
Зюдов словно окаменел. Прищурившись, он смотрел на листок бумаги.
— Непонятными остаются две вещи, — задумчиво произнес он. — Что скрывается за названием операции «Urbi et orbi»? И кто такой Асмодей?
— Начнем с Асмодея, — сказал Бродка и вздохнул. — Мне, конечно, не хватает доказательств, однако после всего того, что я узнал, могу утверждать: Асмодей — это не кто иной, как государственный секретарь Ватикана кардинал Смоленски.
— Довольно смелое утверждение, Бродка. Получается, что Смоленски поручил произвести взрыв в своей епархии.
— Знаю, — ответил Бродка. — Но разве все, чем мы занимались в последнее время, не кажется противоречивым?
— В этом вы правы. А что с операцией «Urbi et orbi»?
Бродка скривился. Он вынул из своих записей еще один лист бумаги, на котором был не менее запутанный текст. Там говорилось: «Марк 16:1–7 — Urbi et orbi finus et initium… — Асмодей».
— Вы знаете латынь? — спросил Бродка, протянув листок Зюдову.
— Gallia omnia est divesa in partes tres,
— ответил Зюдов. — Со школьных времен в памяти не осталось ничего, кроме начала «Галльских войн» Цезаря.
— У меня, к сожалению, тоже. Однако я еще помню, как переводится finus et initium: начало и конец. А что касается цитаты из Библии, думаю, падре не откажется еще раз помочь нам.
Вздохнув, Зюдов снова взял телефонную трубку и набрал номер.
— Падре, извините, пожалуйста, что опять вас отвлекаю, но вы сказали, что цитата из Иоанна 8:46 связана с сегодняшним днем. А стих Марка 16:1–7 тоже связан с какой-то определенной датой? Пасха? Спасибо вам большое, падре.
Зюдов положил трубку.
Оба мужчины уставились на лист бумаги. Каждый из них пытался понять смысл таинственных слов. Первым сдался Зюдов. Он нервно забарабанил пальцами по столу.
— Это может означать все или ничего, — недовольно произнес он. — Вы не думали о том, что вас могли просто водить за нос?
Бродка с горечью усмехнулся.
— Конечно. Однако против этого свидетельствует настойчивое желание этих людей завладеть кассетами. Да и возвращение картин Жюльетт вряд ли было актом
