Ясным солнечным утром развесёлая компания из пяти юношей и девушек, влюблённых в жизнь и в друг друга, направляется в Даллас, на концерт своей любимой рок-группы. Молодые люди пребывают в самом радужном настроении и даже не подозревают, что, свернув на заброшенную просёлочную дорогу, чтобы сократить путь, они попадут в лапы страшного маньяка, орудующего на просторах Техаса вот уже двадцать лет.
Авторы: Стивен Хэнд
с бобами. Восемь баночек, — три, три и еще две. Она взяла одну из них и закрыла дверь холодильника.
Закрыла и принялась искать консервный нож. Это была непростая задача — найти хоть что-нибудь среди всего этого мусора и грязной посуды. Надо будет собраться и купить новый, такой, который можно приклеить к стене. О, как бы это облегчило ей жизнь, а то постоянно приходится искать ножик! Может, Кожаное Лицо ей что-нибудь подыщет. Люди возят с собой столько ненужного хлама, что могли бы прихватить и что-нибудь полезное.
Генриетта не помнила, кто первым назвал Томаса Кожаным Лицом. Она даже не помнила, когда это произошло. Единственное, что она точно знала: самому Томасу было все равно, как его называют.
— Да пей же, — окликнула ее Генриетта. — Это поможет тебе расслабиться.
Затем хозяйка снова принялась за свои поиски. Наконец консервный нож отыскался — он лежал под старой газетой. Что-то бормоча себе под нос и прислушиваясь к крику голодного ребенка, Генриетта привычным движением открыла консервную банку и отбросила в сторону крышку.
Жестяной диск с зазубренными краями упал на пол, к которому тут же и прилип, так как был весь перемазан в холодном томатном соусе.
Теперь нужно найти, чем кормить ребенка.
Генриетта положила консервный нож на маленький, портативный телевизор — здесь он не должен потеряться — и отправилась искать ложку. Ложка нашлась в раковине. Если не считать прилипшего к ней кусочка кошачьей еды, она была почти чистой.
Взяв банку и вооружившись ложкой, Генриетта снова направилась в комнату, где на полу сидела Эрин, и открыла дверь, ведущую в соседнюю комнату. Наверное, спальня.
— Я скоро вернусь, — весело объявила она, вошла в комнату и закрыла за собой дверь.
Эрин никак не могла понять, что же собственно здесь происходит. Это было словно затишье после бури. Неужели монстр гнал ее сюда только для того, чтобы в конце концов оставить в покое? Где он сейчас? Ждет снаружи? Сидит перед дверью и ждет, когда Эрин выйдет? Неужели эта сумасшедшая жирная тетка не лгала ей, говоря, что она здесь в полной безопасности? И кто такая эта Генриетта?
Все безумие этой ситуации заключалось в том, что Генриетта вела себя вполне обычно: занималась своими делами, заваривала чай, весело болтала, и все это с таким видом, словно Эрин ясным солнечным днем зашла к ней в гости. Не так должен себя вести нормальный человек в подобной ситуации. Эрин должна была кричать и просить о помощи, Генриетта должна была испугаться, а этот проклятый психопат — вломиться и убить их обеих. Или хотя бы напугать… Они бы в ужасе побежали прочь и встретили бы… Кого? Еще одного сумасшедшего?
Но как бы то ни было, Эрин должна была признать, что рада этой передышке. Да, вероятнее всего, она по-прежнему в опасности. Но в данный момент она сидит себе спокойно и никто за ней не гонится, а главное — можно наслаждаться тишиной. Бензопила смолкла! О, даже если это блаженство не продлится долго, сейчас им можно наслаждаться. Можно собраться с мыслями и перевести дыхание. А если это так и задумано? Если это продолжение игры? Если это такая садистская шутка? Если Эрин убьют, как только она выйдет наружу? Что она может сделать?
Ну, если тут все действительно настолько сумасшедшие, как это может показаться с первого взгляда, тогда есть надежда, что Эрин сможет их перехитрить, обыграть, выскользнуть из их сетей. Где-нибудь ведь обязательно найдется прореха. Нужно просто взять себя в руки, собраться с мыслями и ждать удобного случая. Трудно поверить, что еще несколько минут назад Эрин была готова сдаться. Теперь она чувствовала себя совершенно спокойной, она даже расслабилась. Даже как-то слишком расслабилась.
Девушка попыталась встать с пола, но ей это не удалось. У Эрин закружилась голова: наверное, она поднялась слишком быстро.
Она попробовала во второй раз — медленно и осторожно. Но голова закружилась снова. Тем не менее Эрин удалось подавить тошноту и все-таки подняться на ноги. Но с ней что-то определенно не так — голова такая тяжелая и продолжает кружиться.
«Любопытно бы знать, это от усталости или Генриетта…»
Эрин посмотрела на чашку, которую она по-прежнему держала в руках: она выпила пока еще не больше четверти.
Девушка потрогала свой лоб. Немного влажный, но температуры, кажется, нет. Но чтобы двигаться, приходится постоянно концентрировать свое внимание. Неуверенным шагом Эрин отправилась на грязную кухню. Пахло здесь топленым жиром: на нем, видимо, что-то жарили.
Дверь в спальню была по-прежнему закрыта, так что никто не видел, как Эрин, спотыкаясь, подошла к раковине и вылила туда остатки своего чая. Темный напиток стек вниз по грязным тарелкам (похоже на маленький
