Темные воды

и что же теперь делать? Он не хотел быть вовлеченным в какую-то необычную историю. Он уже сделал здесь все, что должен был. Он дважды слышал голос, приказывавший ему возвращаться на свой пост. И все же любопытство брало верх, и он не мог ему сопротивляться. В конце концов, любознательность для актера — свойство в высшей степени желательное. Разве Кийохару всегда не твердил им это?
Камийа подошел поближе и ткнул в дверь ручкой швабры.
Дверь не поддалась.
Тогда он толкнул дверь рукой. Она была заперта изнутри.
Он собрался спросить, есть ли там кто, но одумался. Это был бы глупый вопрос, а если кто-то в самом деле откликнется, его же удар хватит от ужаса.
Решив обуздать свое любопытство, Камийа начал понемногу отступать прочь от двери. Он говорил себе, что самое время возвращаться в звукорежиссерскую будку.
Всякий раз, когда он делал шаг, пряди волос, которые он вынул из раковины, поднимаясь с пола, оплетали ноги, взбираясь по бедрам. Он до сих пор не замечал, что вода, которая запрудила туалет текла. Она лилась под дверь закрытой кабинки — и оттуда куда-то еще, в неизвестность.
Из кабинки раздался шум спускаемой воды. И при этом звуке вся вода, еще остававшаяся на полу, убежала в эту кабинку, журча за запертой дверью.
Камийа замер, его тело напряглось с головы до пят. Кто бы ни был тот, в кабинке, он закончил свои дела Камийа услышал металлический звук: это звякнула защелка, и дверь начала открываться. В проеме показалось что-то извивающееся — какое-то неопределенное, бесформенное, змеящееся черное существо.
Напряженная тишина… Резкий крик вернул сознание Камийа к реальности. Он был настолько погружен в свою игру, что не понимал, почему все до единого взгляды публики направлены на него. Он дышал своей атмосферой — атмосферой собственного спектакля.

Через месяц после того, как труппа «Каирин Мару» выпустила «Акварели» — свой тринадцатый спектакль, рецензии на него появились во всех ведущих театральных обозрениях. В целом они были хвалебные, но некоторые критики жаловались на слишком сложную структуру пьесы.
Вот отрывки из нескольких наиболее значимых.

Из ноябрьского номера «Ежемесячного театрального путеводителя»:
Я все еще не могу с уверенностью сказать, в какой мере это было сознательным ходом режиссера Кенцо Кийохару — ввести в спектакль как его составную часть здание, в котором он ставится. Я все еще поражен уникальной техникой, которая позволила ему превратить все помещение в театральную сцену.
Главный герой пьесы — конечно же, вода, хотя как раз в этом оригинального мало. Сам режиссер должен, видимо, признать, что он просто вынужден был ввести воду в спектакль, отдавая дань уникальной конструкции здания, известного в свое время как дискотека «Мефистофель».
При всем том, это великолепно задумано. Спектакль проходит одновременно на третьем, четвертом и пятом этажах, причем вода стекает сверху вниз, создавая для спектакля уникальный вертикальный стержень. Вероятно, непросто было небольшой труппе собрать на сцене такое количество воды, особенно если учесть, что воде этой, по соображениям технического характера, должен быть обеспечен полный и стопроцентный сток. Но это отличительная черта Кенцо Кийохару — принимать на себя такой вызов, ставить себе на первый взгляд невыполнимые условия.
Кульминация пьесы — перформанс Камийа, который в одиночку ведет битву, пытаясь совладать с протечкой. Как пример моноспектакля, его перформанс содержит потрясающие моменты. И все же непонятно, зачем он был выдержан в стиле ужастиков. В этом отношении сцена Камийа скорее озадачивает…